Дитя трёх стихий. Щит истинной любви.

И Леру подводить не хочется. Иначе в следующий раз ничего от неё не узнаю. Главное – Алита жива и под присмотром. Ничего страшного не случилось.

Тёплая вода окончательно меня расслабила и успокоила, за ужином я с трудом что-то в себя впихнула и отключилась в мягком глубоком кресле под разговор Роу и Леры. Они обсуждали что-то о наведении порядка в нашей части крепости.

Пришла в себя от мягкого покачивания. Меня окутывал знакомый запах: хвоя и раскалённые на огне камни. Приоткрыв на секундочку глаза, я убедилась, что нахожусь там, где и положено – на руках у мужа, несущего меня по длинному коридору мягкими скользящими шагами.

Он старался меня не разбудить.

Открылась и закрылась дверь. Роу осторожно опустил меня на постель. Оу, он что накрывает меня одеялом? Так недолго и без сладкого остаться.

Моя стихия уже завозилась внутри, явно несогласная с таким положением дел. Внизу живота потянуло. Одновременно с этим я поймала связь с Роу и по этой ниточке направила ему своё ощущение.

А в ответ получила такую волну желания, что пальчики на ногах сами собой поджались, а с губ сорвался стон.

Постель рядом со мной прогнулась под весом тяжёлого тела, и горячее дыхание коснулось моего виска.

– Ты не спишь, моя вкусная девочка, – засмеялся он и шумно втянул носом воздух. Ну точно хищник предвкушающий обед.

Ну это ещё вопрос, дорогой муж, кто тут больше хочет.

Довольно заурчав, я открыла глаза, поворачиваясь к нему и ловя взгляд. Несколько долгих мгновений мы просто смотрели друг на друга, погружаясь, ощущая, как закручиваются спиралями стихии внутри.

Мой воздух уже вовсю рвался навстречу огню. Но мы не торопились.

Настоящее наслаждение не терпит суеты. К тому моменту, как жаркое дыхание Роу коснулось моей брови, по всему телу уже галопировали мурашки, делая кожу сверхчувствительной.

Роу вёл меня словно в танце, кружа голову невесомыми поцелуями. А я, закрыв глаза и жмурясь от удовольствия, сама тянулась, подставляя его губам лицо и пытаясь угадать, чего они коснутся в следующий момент.

Не угадывала, фыркала от неожиданности, а он тихо посмеивался.

Руки его тоже не бездействовали, они заводили меня своими случайными прикосновениями, мимоходом скользя по напрягшимся вершинкам груди и уворачиваясь, едва я начинала инстинктивно за ними тянуться.

Мы очень любили эту игру. Не раз я, потеряв терпение, вцеплялась в его ладонь, и сама притягивала её к горящему от желания месту.