Дитя трёх стихий. Щит истинной любви.

Дракон и рыжеволосая женщина. Мемуары императрицы Теи.

– Странно, – пробормотал над моей головой Роу. – Откуда у неё эта книга?

– А почему её не должно быть?

– Был всего один экземпляр, и я спрятал его в самом дальнем углу библиотеки, чтобы не расстраивать мать. Это тяжёлая история.

– Она мне рассказывала, – кивнула я и улыбнулась. – А насчёт спрятать подальше, плохо ты знаешь женщин. В отцовской библиотеке мы с сёстрами любили рыться в самых дальних углах и на самых верхних полках.

– Но зачем тебе именно эта книга? Она продиктована летописцу самой Теей, и в ней вся история изложена так, как было удобно императрице.

– История – это вообще тёмная наука. Сколько людей, столько и сказаний. Мне кажется, даже если прочитать их все, так и не узнаешь правды. Знал бы ты, что пишут в учебниках Хорнии о чампах.

Роу фыркнул:

– С чего ты взяла, что я не знаю? Токела даже предлагал при первой встрече с вами сделать боевую раскраску кочевников. Он у нас вообще шутник.

– Вы и без раскраски произвели на нас ужасное впечатление, – засмеялась я.

– Ага, когда я гонял ваших гвардейцев на тренировочной площадке единственное – чего я не заметил в твоих глазах, так это страха. Признайся, что ты уже тогда болела за меня.

Я улыбнулась, на мгновение прижавшись щекой к его груди, но не могла не возразить:

– Вот ещё.

Завтрак не занял много времени. Роу поручил одному из стражников отнести книги в свои покои и повёл меня в сад, сделав знак Алите следовать за нами.

Мира! Все эти разговоры о книгах, мысли об опасностях и радость при виде живой и почти здоровой Алиты, опять отвлекли меня от главного – я думала о чем угодно, только не о встрече с сестрой.

Роу, придерживая меня за талию, медленно вёл меня по лестнице, а я пыталась разобраться в своих ощущениях.

Случайна ли такая забывчивость? Я действительно очень хочу увидеть сестру, но надо признаться себе, что к этому примешивается опасение узнать, что Мира не так счастлива, как я. И тогда придётся быть сдержаннее, чтобы не огорчать её ещё больше своим эгоизмом.

А значит притворяться – чего я терпеть не могу. Ну вот, опять думаю только о себе, о своих удобствах. Надо будет – притворюсь, точнее буду держать при себе свои восторги.

Мы вышли на крыльцо. Воздух принёс из сада свежие весенние ароматы. Настроение сразу же улучшилось. Появилась решимость. Как бы ни сложилась судьба Миры, главное, сейчас я буду рядом и смогу её поддержать.

Я ускорила шаг, и Роу, чувствуя моё нетерпение, пошёл быстрее.