Дитя трёх стихий. Щит истинной любви.

Хотя нет, не вся. Раз она здесь, одна ошибочка вкралась: Роу увёз кого-то другого.

И обвинять его в этом сложно. Нравы у них такие. Да и у нас в Хорнии разве не так? Мальчики-бастарды обучаются воинской службе вместе с наследниками. А девочки становятся воспитанницами, получают образование и неплохое приданое, когда их пристраивают в обедневшие роды.

Всё это промелькнуло в моей голове единым мыслеобразом.

Я холодно кивнула, а девушка в ответ присела, опустив глаза в землю. Но её первый взгляд я успела заметить, он был полон такой жгучей ненависти, что я невольно поёжилась.

«Как ты мог предпочесть мне эту бесцветную девицу? На неё смотреть без жалости нельзя», – всплыло в памяти подслушанное на вершине башни.

Откуда у наложницы столько самомнения?

Я не привыкла разговаривать свысока даже со слугами, но это не значит, что я не умею этого делать:

– Кто такая?

– Меня зовут Вийя, госпожа, – сдавленным голосом ответила девица, по-прежнему глядя в землю.

– Ты наложница?

Она дёрнулась словно от удара, но тут же подняла голову:

– Да, – на её губах змеёй проскользнула улыбка.

– Старшая из наложниц джахта Роутега.

– И много у меня наложниц, о которых я не знаю, – прозвучал прямо над моей головой насмешливый голос.

Девица поджала губы, но не смутилась, ответила с вызовом:

– В настоящий момент только я, джахт. Все остальные выданы замуж за воинов. Ваш брат запретил отдавать меня до того, как я рожу вам первенца.

– Бастарда, Вийя, бастарда.

Первенцем называют того, кто рождается в браке. Вихо зачем-то вернул тебя в крепость, но разве сегодня утром я не сказал тебе, что запрещаю подходить к моей жене?

В голосе Роу появились рычащие нотки, а изнутри, я это ясно ощущала, рвалась ярость, точно такого же оттенка, как та, которую я почувствовала на рассвете. Так вот кто был причиной.

Как тогда в Храме, когда во время принесения клятвы на Стеле Истины, я почувствовала боль мужа. Ответно запылал браслет на моём запястье.

Тут дело явно не в девице, не стал бы он на неё так реагировать, а в самой ситуации. Получается, это Вихо вмешался в дела своего среднего брата и подстроил приезд бывшей наложницы к нашему возвращению. Нарушил границы. Но зачем? Какой интерес у Вихо?

– Я случайно, – она подняла на Роу увлажнившиеся глаза, и откуда только в её голосе появилась робость. – Я же не знала, что ваша жена именно сейчас выйдет на прогулку.