Хвост белой кисточкой

Вывод был один – с этим надо было что-то делать, и уж битый час в харчевне шли споры о том как им избавиться от сего соседства.

– Да факел в крышу и дело с концом! – в сердцах стукнул об стол деревянной кружкой помощник кузнеца , одутловатое лицо покраснело и покрылось испариной, это явно была не первая опрокинутая им кружка.

– Экий ты смельчак, Хивай, - отвечал ему седой дед с клюкой в сухоньких руках. - А если до энтого ихнего Когена дойдет, всей деревне не поздоровится.

– А что предложишь, дед? – раздалось с противоположной стороны затхлого помещения, пропитанного перегаром.

. – Ты слыхал какая погань там твориться?

– Да и какой там Коген он же токма отраву свою варить и могёт! Так пушай варит, кому оно мешает? Эк неведаль, девка орет…– поддакнул толстяк с набитым ртом, заходивший недавно за любовным зельем к алхимику. – Девки так и на сеновале орут…

В харчевне галдели и переругивались. Уже битый час деревенские решали, что им делать с алхимиком и его учеником, так как такое соседство перестало устраивать всех.

Сунуться к чернокнижку, коим и считали сейчас алхимика деревенские, с официальной претензий было боязно, но что-то с делать надо было, потому и собрались в местной харчевне. Однако, чем больше думали тем больше сходились во мнение что нет человека нет проблем.

— А ежели не выйдет нечего? – вкрадчиво поинтересовался хозяин харчевни, протирая небрежно сполоснутые в бадейке кружки. – Тикать далеко придется и надолго на дно залечь.

Наступило молчаливое согласие, прерываемое только угрюмыми взглядами обращеными друг к другу, никто не знал как избавить деревню от этой погони не прибегая к насилию.

И никто из них не заметил маленькую лисичку, которая заглядывала в окно через некрепко закрытые ставни.

Больше она не стала слушать. Все было ясно как божий день, вот что это было за странное собрание в харчевне. От старика с его учеником решили избавится. И все это было из-за нее. Прыжок еще один, парящими скачками она мчалась со всех лап не разбирая дорог, игнорируя дворовых собак и того факта, что ее могли увидеть.

Сейчас было не до осторожности и страха. Ее гнала вперед ужасающая правда. Нужно было спешить, скорее сообщить все алхимику.Уже на пороге избушки она привычно затявкала нетерпеливо, скребя деревянную дверь. Грид должен был ее услышать, всегда слышал, однако, сегодня как назло он мешкал. Нельзя было ждать ни минуты, но обращаться прямо на пороге не стоило, да и она бы не сумела.