Дева Царя-Дракона

Девушке сложно было ответить, как именно должны выглядеть жрецы Солнцеликого, судя по описаниям, они ходили в светлых одеждах и со светлыми мыслями.

Гостья уже прошла по торговым рядам, как вдруг из неоткуда возник всадник, он несся прямо на неё. Ирма едва успела шарахнуться в сторону, уже второй раз за неделю едва не оказавшись под копытами лошади, и упав, тут же торопливо поправила юбку. Как можно быстрей Ирма скрылась в толпе, очень боясь, что кто-то заметил бубенец. И тут увидела большую группу людей в белых хламидах возле дощатого помоста.

Огромный и толстый детина кричал что-то в толпу, Ирма плохо понимала суть и подошла ближе. На сцену к говорившему вывели девушку, почти девочку, очень бледную и испуганную.

- Ведьма! – заорала толпа.

- Сожги нечисть! – Ирма растерянно огляделась, не понимая, почему все сходят с ума? Девушка на помосте была самой обыкновенной. Впрочем, рыбачка тоже была обычной женщиной. Ирма невольно пожалела, что на месте бичуемой толпой девчонки не стояла её «хозяйка».

Вдруг кто-то толкнул её в спину.

Ирма не удержала равновесие и упала на впередистоящего старика, одетого в кипельно-белые одеяния. Он обернулся и гневно взглянул на Ирму:

- Нечестивица, да как ты посмела!? – разразился упреком старик, хватая за руку. В его глазах зажегся хищный огонь, словно отражавший зарево костра, к которому приговорят Ирму за её проступок. Как вдруг кто-то резко потянул её назад:

- Бежим! – голос над ухом оглушил не хуже толпы.

- Ведьма напала на епископа! Она хотела убить его! Найдите девку! – неслось ей в спину, но ее провожатый явно знал, что делал. Те, кто вставал на его пути, подозрительно быстро отлетали, а толпа скорее веселилась происходящему, чем стремилась выполнить приказ.

Ирма бежала, не чуя ног, но площадь была вымощена камнем, девушка зацепилась босой ногой за один, неверно поставила ногу и… в глазах потемнело от боли.

Ольгерд. Незнакомка.

Всадник отпустил поводья, больше всего он любил лететь галопом. Только обычно он делал это в лесу, рискуя свернуть шею лишь себе одному. Сегодня же пустил коня прямо в городе…

Закономерно представить, что на базарной площади под копыта жеребца бросился какой-то сумасшедший. Пытаясь резко остановить коня, Ольгерд дернул поводья, конь ушел в сторону, встал на дыбы и скинул седока.