Элемента.L

Проголодавшийся Дэн не смог ни от чего отказаться. К счастью, магазин был недалеко, и Шейн не задержался, обед к его приходу еще не остыл. Так как сабантуй запланировали на вечер, то принесенные Виленовичем яства так и оставили пока в пакете и принялись за казенную еду.

Что бы ни говорили про грозную с виду повариху, а готовила она хорошо и на продуктах не экономила. Ну, разве что, чуть-чуть. Обед был вкусным и сытным. Порции основательные. И они пытались обедать и разговаривать одновременно. Правда, из всего предложенного Шейн по причине своего вегетарианства ел только салат и ковырялся в рисе, добавленном как гарнир.

Но Дэн всегда неизменно приносил ему полный обед, потому что никогда не был уверен, что Шейн не изменит своим принципам питания именно сегодня. И поскольку сегодня Шейн остался им верен, Дэн с чистой совестью доедал его порцию борща.

Честно говоря, картинки, увиденные Дэном в памяти Купчихи, хоть и не повлияли на его аппетит, но покоя ему не давали, и он рад был наконец, поделиться увиденным с Шейном.

- Новости две, - ответил он на невысказанный Шейном вопрос.

- Как обычно, одна хорошая, другая плохая? - уточнил Шейн.

- К сожалению, да, - он переставил тарелки. На второе был рис с запечённой в духовке рыбой.

- Это к счастью! Я подумал, что обе плохие - горько пошутил Шейн.

- Плохая в том, что она не настоящая Купчиха, - Дэн аккуратно извлекал вилкой кости из рыбной мякоти.

- Несмотря на все эти внушительные подробности ее детства? - опешил Шейн.

- Все эти подробности - и есть хорошая новость, значит, скорее всего, она знала настоящую.

- Не факт, - вяло возразил ученый.

- Факт! - уверенно парировал парень, - во-первых, у нее документы, во-вторых, вещи настоящей Купцовой, и в-третьих, все эти подробности бабка, наверняка, придумала не сама, ей их сама Купчиха скорее всего и рассказала.

Шейн снова задумчиво поковырялся в рисе, устало вздохнул:

- Значит ей определенно не сто с лишним лет?

- Нет, ее вывезли из Варшавского гетто совсем маленькой.

Она родилась где-то в 1940 году, может чуть раньше, может чуть позднее, - ответил Дэн, не задумываясь, и только не услышав ничего в ответ, поднял глаза от тарелки и увидел ошарашенного Аркадия Виленовича.

- Ты сказал Варшавское гетто? - Шейн смотрел на него как на полоумного, - Вывезли из Варшавского гетто?

- Да, я видел.