Король и плясунья

Ко всему привычный камердинер быстро приготовил простой костюм без изысков, и король с удовольствием снял с себя тяжелый парадный камзол и изукрашенный драгоценными камнями кафтан.

Легко сбежал вниз и вскочил на оседланного Бача. Слегка застоявшийся, тот рванул с места в карьер при полном попустительстве седока. Охрана помчалась следом. Через полчаса бешеной скачки они оказались возле неухоженного имения графа Витольди.

– Бедновато, что и говорить, – Гавроль вертел головой по сторонам, пытаясь найти хоть что-то утешительное глазу.

Но все говорило если и не о полном разорении, то о крайней скудости.

Король спрыгнул на землю и подал повод ближайшему стражнику.

– Я пойду один! – остановил он намеревавшегося отправиться за ним Гавроля. – Не думаю, чтоб здесь мне угрожала какая-то опасность. Самое большее – сторожа, если они здесь имеются, примут меня за воришку, но я постараюсь не попасться им в лапы.

Он ловко перепрыгнул через покосившийся забор и исчез в зарослях бурьяна. Оставшиеся без дела охранники недоуменно переглядывались, не понимая, в чем дело.

Их всегда сумрачный король вдруг стал вести себя как озорной мальчишка. Это было странно, но дела короля не обсуждаются.

Арнольд осторожно пробрался вглубь запущенного парка и замер, услышав отголоски женских голосов. Они были еле слышны, и ему пришлось, удивляясь самому себе, присесть и чуть ли не ползком прокрасться поближе, чтоб подслушать чужой разговор.

Подобравшись к собеседницам почти вплотную, остановился за отделявшими его от них густыми кустами можжевельника и прислушался.

Один голос он узнал, он принадлежал его плясунье, второй был ему незнаком. Тихонько выглянул из кустов и увидел сидевших на скамейке прелестных девушек в темных плащах.

– Это невозможно, Дария, невозможно! Я просто в бешенстве! – его Амиретта, насупившись и зло поджав губы, сердито ломала ветку, даже не осознавая, что делает. – Собитти слишком стар для нашей бедной Лорри! И он так на нее смотрит, будто собирается сожрать!

– Это называется похотливый взгляд, Аритта, – вторая девушка безнадежно провела по лбу тонкой рукой.

– Но что делать? Ты же знаешь наши обстоятельства. Если бы дед не участвовал так безрассудно в крамоле против короля, мы были бы богаты. Мы и титул-то сохранили только потому, что папа доблестно воевал в последнем сражении с южаками, был опасно ранен и король его попросту пожалел, передав ему титул при живом отце, но по закону конфисковав почти все состояние.