Хозяйка приюта Дрэгонвилль

— Значит, я смогу предсказывать будущее? А как это делать? Все мои видения сбудутся?..

Меня тоже волновал этот вопрос. Волновал сильно. Тот сон Милы, в котором я вышла из стены почти без волос, теперь еще сильнее заставил занервничать. Что, если это тоже предсказание? Как отличить видение от обычного детского кошмара?

— Думаю, пока рано делать выводы, — решила я, взъерошив пепельно-серые волосы Милы. — Но что мы действительно можем, так это поискать в нашей обширной библиотеке книги по предсказанию.

Возможно, пособие или учебник. Он бы нам крайне пригодился.

Среди светлых магов я не встретила ни одного предсказателя. Ни одного настоящего. Шарлатанов, за деньги предвещавших то, что желал услышать клиент, масса. Но вот обладателей реального дара… Нет, о таких даже не слышала.

Небольшое происшествие, всполошившее приют Дрэгонвилль, положило начало множеству открытий, следовавших одно за другим. Теперь решение объединить людей и драконов заиграло новыми красками.

Этим двум врагам не просто следовало примириться ради мира. Они были истово необходимы друг другу. Гораздо больше, чем можно себе представить.

Следующий инцидент случился буквально следующим утром. Я зашла разбудить детей и с удивлением обнаружила Мика, сгорбившегося возле подоконника. Там стоял горшок с ростком гороха, который Камилл попросил оставить при себе.

— Смотри, Дарья… — восхищено проговорил Мик, поманив меня ближе. — Ты видишь то же, что вижу я? Мне ведь это не снится?.

.

Я подошла и тоже застыла, поражённая увиденным.Бледный, вялый росток не просто окреп, он разросся так буйно, что занял почти весь подоконник. Да к тому же зацвел — желтыми, с лиловыми прожилками цветами, источавшими удивительно нежный аромат.

— Вот. — Мик сунул мне под нос книгу «Исчезнувшие растения Дрэгонвилля», которую держал подмышкой. Раскрыл заложенную страницу, на которой красовался точно такой же сорт гороха. Назывался он просто сказочно «Абадор сияющий».

— Это ведь он, верно?

— Очень похож, — согласилась я.

Судя по записи, одного стручка этого редкого сорта гороха могло быть достаточно, дабы осветить просторное помещение. При этом при высушивании свойства не исчезали. Стручок накапливал в себе дневной свет, преумножал его, а ночью становился светильником. Вторым его названием было «Горох путеводный».

— Чтобы убедиться, придется подождать урожая, — решила я.