Дом без зеркал, или Волшебная формула счастья

Вблизи пиявка ещё больше, размером с собаку. Или даже козу. Её кожа переливается цветными сполохами, что вообще не вяжется с образом пиявки. Я пялилась, дрожа молча и нервно, но когда из-под брюха Клаудии появились длинные пухлые ручки, тоже радужные, и потянулись ко мне, я снова самозабвенно заорала.

Клаудия одёрнула пальцы и завопила в ответ:

— Тихон, да она полоумная! Ты к кому меня привёл!

Побледневший Тихон засуетился, забегал вокруг кровати, не зная, кого в первую очередь успокаивать — меня или пиявку. Потом остановился в изножье и командным голосом крикнул:

— А ну тихо!

Мы с Клаудией в раз замолкли, а Тихон проговорил со строгостью:

— Так.

Клаудия, ты сию минуту лечишь Софью, иначе пожалуюсь хозяину на твое непослушание. Он сразу на тебя найдет управу. Софья, вы позволяете Клаудии привести себя в порядок и не орете, как деревенщина на базаре. Иначе я не буду больше возиться с вашей спиной и лечите ваше смещение, как хотите. Все понятно?

Мы обе притихли. Если у меня смещение позвонков, то дело дрянь.

Непонятно, как собралась лечить меня эта паранормальная пиявка. Но Тихон смотрит сурово, лучше не спорить.

Я молча кивнула. Клаудия демонстративно вдохнула, её тело засокращалось кольцами и она подползла ко мне. Теперь я смогла рассмотреть её лицо. Факту его наличия постаралась не удивляться, хотя сложно не обалдевать, когда смотришь на физиономию громадной сияющей радугой пиявки с лицом вроде Марфы Прокоповны. Она работает в колледже на проходной, всегда строгая, с высокой причёской с проседью.

К своему турникету относится так, будто он из золота. А тому, как произносит фразу «пропуск показываем», позавидует любой театрал.

У пиявки Клаудии выражение лица похожее, а пушок-бубончик — это её прическа. Пиявка деловито сморщила мордочку и проговорила так, будто она сюда не собиралась, её заставили, а я теперь её должница:

— Одеяло поднимаем.

Первым моим порывом было скинуть её с постели. Но строгий взгляд Тихона заставил выполнить её приказ.

— На левый бок переворачиваемся, — с той же интонацией продолжила Клаудия.

— И не шевелимся.

Сглатывая нервный комок, я перевернулась и откинула позади себя одеяло. Тихон при этом деликатно отвернулся, а я ощутила, как пиявка задирает мне тунику, затем прикосновение холодных пальцев. Они быстро пальпировали мою спину, будто рентгеном изучая позвонки.

— Ну да, ну да... — забормотала Калудия. — Смещение в поясничном отделе... Небольшая гематома... Угу... Вот тут пережато... Сейчас починим.