Есть ли жизнь после отбора?

Он немного помолчал, собрался с мыслями и заговорил:

– Не знаю, заметила ли ты, но моего вмешательства не ожидал никто. Во время замера силы я получил короткую записку от одного из своих надежных людей: о твоем даре стало известно Совету. Ты бы не покинула дворец, Вильгельмина.

– Глупости. – Во рту пересохло.

– Даре? – переспросил Митар. – Есть что-то, чего я не знаю?

– Я унаследовала от мастера Дейтора не только дом, – глухо произнесла я, – но и дар.

– Последний мастер окраинной стали, – с благоговением произнес старый маг, – подумать только.

Ты и правда не вышла бы из дворца. Точнее, не вышла бы сама.

– Когда мастера стали исчезать, – Кристоф криво улыбнулся, – их пытались удержать. Женщин с подобным даром принуждали выходить замуж за разных мужчин. За нескольких мужчин.

Меня бросило в холод.

– Несколько мужей?

– Все ради рождения одаренного ребенка, – хмуро кивнул Митар. – Из-за этого почти разразилась вторая гражданская война: они пытались насадить свои правила здесь, у нас.

Кристоф потянулся ко мне и коснулся моих холодных пальцев.

– Я хотел обидеть тебя, Вильгельмина. Я хотел ранить тебя так сильно, чтобы ты, ни минуты не сомневаясь, отправилась домой. Совет начал делить тебя до того, как поймал, и потому у тебя было время скрыться здесь, в баронстве.

На мгновение замолчав, он продолжил:

– И одновременно я ненавидел себя за то, что сознательно причиняю тебе боль. Но… Чтобы быть до конца честным – откатись время назад, я поступил бы так же.

– Я не… Я не могла представить.

– Подняв на Кристофа глаза, я растерянно добавила: – Но ведь это не так работает. В семье двух водных магов запросто рождается воздушник или огненный. Или вообще маг без ярко выраженной стихии.

– Это был акт отчаяния, – Кристоф склонил голову, – акт, который долгое время скрывался, ведь после провала появилась вторая теория: мастера окраинной стали не терпят над собой никаких хозяев. Магия покидает тех, кто признает себя несвободным.

– Скорее, они теряли связь с магией, – медленно произнесла я.

– Эта сила… Эта сила страшно ядовита. Она разрушает мое тело – не дает нормально восстановиться после травм. Но в моменты, когда теряется связь с магией, она перестает отравлять меня. Думаю, что все дело в естественном стремлении к жизни. Не так давно было доказано, что все живые существа имеют инстинкт самосохранения. Потерять контроль над силой в моем случае подобно медленной и мучительной смерти. И потому я теряю связь с собственной магией.