Дневники влюблённых

Мы оба обречены покориться суровым и жестоким обстоятельствам, хоть и страстно желали бы пойти против них. Но, если только мы посмеем – оба, видимо, лишимся головы в этой жестокой игре, что носит глупое имя «политика».

А ведь моё сердце не зря трепетало и тревожилось, предупреждало против того, чтобы вернуться в столицу! И что в итоге? Какие бы ухищрения не предпринимал Маэль, мы все равно вынуждены расстаться не на миг, а навечно. Его, как наследника престола, вынуждают жениться на бездарной выскочке Манисар из проклятого семейства Воста, а меня, наследницу не самого известного рода, выдают замуж за противного мне тарэнтийского принца, чьего имени я даже не знаю!

Всё это устроили ядовитые змеи – моя безумная мачеха Анисса и придворный паук Дарьенал Воста, тот, что свил паутину в мозгу у императора.

И рада бы не покориться воле злого рока, но не имею права сказать хоть слово против воли той, что – я чувствовала это всем сердцем – хитростью и коварством отравила моего отца, но не до смерти, а так, чтобы он застрял в небытии, вроде живой, но остающийся в беспамятстве столько, сколько она пожелает.

Маэлю сейчас тоже наверняка горько – он, по сути, проиграл в борьбе с Востой, вынужденный жениться на его безобразной дочери по прихоти отца, хотя подобное пожелание императору явно нашептал не кто иной, как Дарьенал.

Я откладывала свой отъезд в Тарэнту сколь возможно долго под различными предлогами: ещё надеялась, что эльфы найдут выход из ситуации, хотя понимала, что его попросту нет.

Но дольше медлить у меня не осталось возможности. Сегодня мне предстоит уехать из столицы навсегда, чтобы, судя по всему, больше никогда не вернуться. Но сначала… сначала я попрошу Маэля исполнить своё последнее желание.

Из дневника Маэля

Кайя… моё солнце, что светило ярко и пламенно, а затем зашло за горизонт, оставило одного посреди ледяной пустыни, где мёрзнет не тело, а душа - застывает, обращается в огромный бесцветный кристалл, лишённый надежды растаять под её ласковыми лучами.

И сама девушка - больше не радостное солнце, а безжизненная луна, что неспособна согреть, смирившись с судьбой сиять лишь в ночи. Мы оба – потухшие свечи, что быстро погасли, стоило посторонним загасить наш огонь.

Невольники судьбы по рождению, мы не имели права любить друг друга, дарить радость и счастье, поскольку сегодня они обратились в пепел и лёд.