Изумрудные волны

— Если у вас так делают все, это не значит, что они поступают правильно.  Надо же своей головой думать, а не чужим… — Велесса уже хотела было добавить «хвостом», но потом догадалась, что такое ее сравнение никто не поймет, и выдала то, что всплыло в ее голове. — А не чужой задницей.

— Что? — Кристина в удивлении распахнула глаза. Антон, которого Велесса видела только боковым зрением, рассмеялся и заметил:

— Я и не думал, что она так может.

Велесса нахмурилась и внимательно посмотрела на Кристину.

— Что я сказала не так?

Кристина, изо всех сил пытающаяся скрыть свою улыбку, качнула головой и ответила:

— Все так. Просто это было несколько… неожиданно…

Всерьез воспринимать слова девушки Велесса не могла, потому что карие глаза той открыто над ней смеялись!

Нельзя никому доверять — это точно. Вон даже Кристина кинула бедную несчастную русалочку, что уж об Антоне, любителе рыб, говорить?

— Вы ещё долго будете есть? — уточнила Велесса, с таким осуждением взглянув на Антона, что тот закашлялся.

— Нет. Не долго. Но сначала нужно будет оплатить обед, ты же об этом не забыла, Велли? — И Кристина, чуть приподняв правую руку, произнесла громко:

— Официант, можно счет?

К столику через пару минут подбежала та самая улыбчивая девушка, оставив на нем ещё одну плоскую ракушку, на этот  раз вытянутую по длине и меньшего размера. Внутри ракушки оказался белый листик, и Кристина, прочитав то, что на нем написано, заметила:

— Ну… Антон, почему твоя рыба такая дорогая?

Очень дорогая, мысленно отметила Велесса, и стоит хорошего отношения русалки к Антону.

Хм, и откуда в Велессе такая любовь к отмщению?

На экране телевизора кто-то злорадно рассмеялся, и Велли вздрогнула. Фух, напугают же…

— Я — обеспеченный, и уж рыбу точно смогу себе купить, — заметил Антон.

— Да-да, так мы все и подумали, — покачала головой Кристина. — Ладно, оплачивай, что я, против, что ли. У меня все равно не хватит денег, чтобы расплатиться за тебя.

Когда таинственная расплата была совершена, все поднялись из-за стола и направились к выходу.

Жаль, что поесть не получилось — голод Велесса чувствовала все сильнее. Сама  виновата — ела бы такой же суп, как Кристина, и горя не знала.

Ещё и Антон этот все настроение испортил.