Посольская школа. Невеста Сокола

— Я читал правила трактира, запрещающие творить заклинания огня в комнатах, но думаю, сейчас особый случай. Ароматные травы есть, ягоды тоже. Такой напиток получится — м-м-м. Душа развернётся и затрепещет крыльями.

В комнате и так вкусно пахло земляникой. Чувства Марко ничуть не изменились. На окраине моего сознания мелькнула мысль, что неприлично незамужней лине находиться с ним в одной комнате, но тут же пропала. Я в своих владениях. Здесь я решаю, что прилично, а что нет. Однако червячок сомнений всё-таки точил.

Пока студент устанавливал горелку под стеклянной колбой я вдруг вспомнила:

— Вы не спросили у главы охраны про артефакты.

— Да, — нахмурился он, аккуратно высекая пальцами крошечную искру на фитиле горелки. — Спрятался в коридоре, как только понял, что произошло. Счёл свои претензии неуместными. Что ж, придётся писать наставнику в академию письмо, сотканное из сплошных отговорок. Ненавижу ложь, очень страдаю, когда сам вынужден к ней прибегать.

Его слова подтверждались эмоциями.

К землянике добавились перезрелая слива и гранат, а из колбы потянуло ароматом трав. Я ненадолго заглушила дар, чтобы его почувствовать. В плед с благодарностью завернулась и села на кровать.

— Я поговорю с лином Соколом по поводу артефактов. Но позже. Сейчас… Не могу его видеть.

— Понимаю, — кивнул студент, наблюдая, как вода окрашивается в янтарный оттенок, — И уже в десятый раз обещаю себе, что никогда так не поступлю со своей невестой. Не причиню ей столько боли. Разве тому, кто по-настоящему любит, нужны другие женщины? Нет.

Снова мята. Тонкий аромат чистой, ничем не замутнённой влюблённости. Я втянула воздух, стараясь перебить запах чёрного перца и жжённого сахара. Земляника и мята намного приятнее. Намного.

— Дело не только в измене, — неожиданно призналась я. — Я чувствую себя отвратительно, потому что поверила ему. Все говорили, что он бабник. Отец отказывал в благословении и слушать о Соколе ничего не желал. А я поверила. Как дура.

Марко снял колбу с горелки, разлил чай по глиняным стаканам и протянул один мне.

— В обаянии командиру охраны не откажешь. Не мудрено, что столько женщин летят, как мотыльки на свет. Но вы достойны большего. Честности в первую очередь. И мне стыдно, что я начал знакомство с вами со лжи. Да, выполнял задание, да связан клятвой, данной самому королю. Но готов пожертвовать многим, чтобы показать вам — не все такие, как лин Сокол. Есть мужчины, способные говорить правду.