Проклятие академии Старквуд

А возможно целого королевства! Семья Адальстейнов весьма уважаема в обществе. С такими серьезными вопросами, как замужество единственной дочери, родители Дженны уж точно не будут играть.

В любом случае, Элазар Герз показал себя не с самой лучшей стороны, предложив подобное молодой ведьме. Уязвив ее чувства и уколов в самое сердце. Ведьм злить нельзя, все об этом знают.

Немного отдышавшись и придя в себя, Дженни мысленно позвала Бу. Обычно он редко отзывался, если ей не грозила какая-либо опасность. Предпочитал, чтобы она сама приходила к нему на «аудиенцию».

Черная бесформенная дымка рассеялась, являя небольшого лохматого пса с широкими висячими ушами. Интересный образ он решил сегодня воплотить….

Дженн хлюпнула носом и посмотрела в красные глазищи, едва заметные на заросшей длинной серой шерстью морде.

— Чего мы снова такие печальные? — завел знакомую шарманку Бу. Фамильяр никогда не забывал отметить ее эмоциональное состояние.

— Он обидел меня, Бу! Он так меня обидел… — от озвучивания вслух, стало еще горше, и Дженн не удержала одинокой слезинки, красиво стекшей по бледной щеке.

Вообще, плакать она умела. Так, чтобы добиваться своего. Слезы — сильное оружие, если правильно их применять. Только вот сейчас она даже не думала о какой-либо выгоде. Ей действительно было очень обидно.

Пёс сердито рыкнул, подошел ближе и уложил на колени Дженн голову.

— Разве зелье не подействовало? Он же вчера скурил приличную порцию табака.

— Нет, не подействовало. Уверена, это все незнакомец! Он как-то вмешался.

— Ну, прямо-таки и вмешался. Откуда ты знаешь?

Дженн хмуро на него зыркнула, и Бу решил не развивать тему.

— Ладно, это можно проверить. Могу быстренько смотаться в покои к твоему ненаглядному и обнюхать стол, где спрятан табак. Если в магию зелья как-либо вмешивались, я это почую.

— Не надо уже ничего проверять. Элазар разбил мне сердце.

— Как это?

— Вот так! Предложил временно стать его невестой, дабы у него там что-то с делами удачно выгорело.

Повторив слова Герза, почувствовала себя еще хуже. Какой же он говнюк! Именно так назвала бы его бабуля. Даже не подумал, как сильно мог ранить нежное девичье сердце. А может прекрасно знал об этом, но все равно сказал, ведь дела до Дженни ему никакого не было.

— Да-а-а, дела… — протянул фамильяр и ненадолго замолчал.