Стихия - Огонь

И был бы вам крайне обязан, если вы меня просветите.

- Законы не при чем, я должен был умереть.

- Я понял, что вы ужасно опростоволосились, или кто-то хотел, чтобы все так думали. – Проговорил незнакомец задумчиво и перебил сам себя. - Хотя это не так важно. Не верится, что по прихоти гостя отменяют подобные решения.

- О, нет! Все было честно. По закону, воин не согласный с обвинением может вступиться за обвиненного. Из этого ничего бы не вышло, в наших краях женщина не имеет права называться воином, но наследник императора решил развлечься и разрешил поединок…

В этом не было ничего противозаконного, кроме черной подлости самого Донида.

- Наверное, князь решил пошутить…

- Но шутка не удалась?

- Вы угадали… - Юноша поднял удивленный взгляд на незнакомца и продолжал. - Она вышла против лучшего воина алого дракона и победила его, не вынимая меча из ножен.

- И что, убила?

- Нет. Но лучше б он был убит. Она - чужестранка и не знала, что делает. Нет ничего оскорбительнее для воина, чем такое поражение… быть побежденным и не иметь возможности умереть или отомстить.

— Значит вы говорили. Ты хорошо ее рассмотрел?

- Да, она молодая совсем, невысокая и тоненькая. Никогда не поверил бы, что она так может…

- Что еще? Какая она эта дева, ты же наверняка не видел таких как она?

- У нее волосы светлые, а глаза… - Юноша замолчал, подбирая слова – Зеленые и вместе золотые. Я таких никогда не видел.

- Нет, она не солнце. – Задумчиво произнес незнакомец и от его слов юноше вдруг стало очень грустно. – Совсем иная звезда. Солнце равнодушное светило, куда ему до нее?

- Вы знакомы!? – Как же он раньше не заметил, она ведь тоже чужестранка и, кажется, они чем-то похожи. Но почему этот воин бросил ее одну? - Прошу, оставьте меня! Найдите ее и скорее уведите из дворца.

Юноша с надеждой смотрел на чужака. Но тот лишь спокойно проговорил:

- Признайтесь юноша, вы боитесь не только за нее?

- Не только… Эрдэни… дочь князя. Мы выросли вместе, она мне больше, чем сестра... – Он хотел замолчать, но не мог остановится. Все тайные мысли и страхи вырвались наружу, превратившись в огромную реку и ее было уже не остановить. Он клялся себе, что никто, даже под пытками не выведает его тайну.