Тринадцатый день

Их лихая кража арестованного вместе с возком лишила охрану, что отвлеклась на суматоху, быстроты оценки ситуации. Опомнившись, они бросились к лошадям, что стояли недалеко привязанные к поручню и пытались на них вскочить, но седла съезжали со спин коней и падали им под ноги. Кони ржали и вставали на дыбы. Оказывается, наши ребятки еще ранее подрезали им ремни подпруг, и теперь стража была безлошадной. Быстрота потеряна, оставалось лишь отправляться за беглецами бегом и еще надо было пробираться среди орущей и бегающей толпы, поливающей водой здания.

Карета неслась во весь опор, и только лихо ее заносило на поворотах. Правил лошадью один из людей Хасана и он хорошо знал городок и путь к другому причалу, которым иногда пользовались только самые приближенные к клану контрабандистов капитаны кораблей. Доскакав, мужчины спрыгнули и, поддев ножами дверцы запертой кареты, открыли. Там, прикованный к спинке лавки, сидел Антонио. Кровоподтеки, синяки и засохшая кровь, говорили о том, что его били и не раз, но глаза смотрели удивленно и настороженно.

Увидев своего матроса, он улыбнулся разбитыми губами.

- Как вам удалось?

- Капитан! - заторопился матрос. - Нам надо на фелюгу, что стоит недалеко в море. Все расскажу потом. Поспешим. Мало времени.

Помогая ему выйти из кареты, матрос со спутниками забросили его руки к себе на плечи. Таким образом они добрались к лодке, что стояла у небольшого причала. Вскоре поднялись на борт кораблика.

Там их уже ждал кузнец, который и освободил Антонио от цепей и наручников. Потом человек Хасана и кузнец, сели в лодку и отплыли к пирсу. Там они взобрались на козлы кареты и вскоре скрылись из глаз. И пока матросы рассказывали капитану об их плане, придуманном Яном, Антонио уже умылся и переоделся в чистую рубашку. Взяв поданный ему стакан, хлебнул рома и засмеялся.

- Я знал, что вы что-то придумаете именно в таком плане. Чтобы вы отдали свой груз, да ни за что!

- Главное капитан, - прихлебнул из своего стакана один из матросов, - главное, что вы на свободе.

А все остальное не имеет значения.

- Спасибо. - просто сказал Антонио и кивнул.

А тем временем разворачивались другие события и на корабле и на берегу.

Ян с другим матросом, когда подожгли бочку и пролитый ручей к зданию, в хаосе криков и суматохи, пробрались к оставленной ими с ночи лодке. Столкнув ее в море, взяли курс на свою фелюгу.