Каменное сердце

— Мой друг, маг-животворец, научил меня.

Рендан заволновалась от неожиданно свалившегося шанса все исправить, возможно, снять проклятие.

— Кто же он? Вы не могли бы?..

— Нет, — Эрид со знакомой усмешкой посмотрел на нее. — Он давно мертв. Теурги годами учатся смирению и взращивают в себе добродетель, чтобы получить возможность пользоваться редкими сильными заклинаниями, маг-животворец же рождается с такими способностями. Мы с ним были близкими друзьями, и он поведал мне множество секретов своей магии и многому научил.

— Я не знала, что такой магии можно обучиться обычному магу.

Эрид вновь посмотрел на свою руку. Сжал и разжал кулак.

— У каждого живого существа своя сеть мередиан, оттого нет карты тела, которая могла бы помочь воздействовать на точки. Также у каждого мага своя магия — отличия зиждутся на самых крохотных уровнях, изучение их бессмысленно — их миллиарды. Маги-животворцы видят больше, чем все мы. Мой друг просто рассказал мне, что я должен делать со своей магией, чтобы получить нужный результат.

Скажем так, я творю подобные заклинания, используя черный ход, а не парадную дверь. Это отнимает много сил, куда больше, чем то понадобилось бы теургу или животворцу. Поглядите на мою руку — я и нож сейчас не удержу, вдобавок ко всему это сильная нагрузка на глаза. Но поскольку у нас с вами есть только я, пришлось попытаться.

— Вы что же, даже не были уверены?

— Я давно не практиковал. — Эрид пожал плечом. — Если станет известно, что я на такое способен, за меня тут же возьмется Дом Луциато, повернутый на становлении теургами.

— Вы их недолюбливаете, — отметила Рендан, вдруг припомнив, что и на Совете Домов Эрид не особо-то проявлял уважение к Дому Луциато. — Погодите… Ваш друг-животворец… Неужели это был Хейн из Дома Луциато?

Эрид кивнул.

О трагедии, случившейся около десяти лет назад, не принято было говорить. Об этом, как ни странно, вообще было мало что известно. Великие Дома, будто сговорившись, хранили гробовое молчание о том, что в действительности произошло с Хейном из Дома Луциато, сыном Лукаса.

До того, как возглавить свой Дом, Рендан знала лишь, что тот заканчивал обучение в Академии, когда во время прогулки по городу его пытались обворовать и в потасовке прикончили. Дом Луциато накрыла тень скорби. Лукас разослал тайные письма другим Великим Домам со странной просьбой — посодействовать в уничтожении одной книги автора Эпистоферя Х.