Три мести Киоре

Она примелькалась всем, поэтому охрана ее не прогнала, а смотритель сокровищницы впустил к себе без вопросов. Жаль смотрителя — Киоре не хотела обращать его в камень.

Интересно, а что скажет император? Смолчит и вставит в корону новый рубин? Обвинит ее в пропаже еще и фамильных ложек, которые стащил кто-нибудь находчивый много лет назад? Скажет правду?..

Сумерки опустились на город, и фонарщики вышли на работу. До ночи долго… Нет, больше ждать невозможно! И Киоре кружной дорогой прошла на окраину столицы.

Там, у самого тракта, расположились харчевни и постоялые дворы, от дорогих и уютных до мерзостных кормушек для бедняков. Близилась ночь, и было не протолкнуться между приезжими, желавшими снять комнату, и местными, жаждавшими отдыха. Кто-то не постеснялся пощупать Киоре, дохнув чесноком, кто-то дернул юбку, а еще кто-то попытался обокрасть. Воистину Тоноль — дрянное место!

Харчевня «Ястреб» совсем не соответствовала названию: двухэтажный тесный дом с давно потемневшей от грязи и крови мебелью скорее стоило назвать свинарником, под стать посетителям.

В городе говорили, что два хозяина назад место процветало и славилось отменной дичью, заказать которую не брезговали и дворяне, но потом рецепт был утерян. Однако мало кто знал, что «Ястреб» был продан уставшим владельцем за безбедную жизнь в далекой деревушке теневому императору Лотгара.

Киоре вошла и тут же ощутила жар камина — топили щедро, заливая тесное помещение южным теплом! За стойкой, опершись на локти, курил трубку сам хозяин, Ястреб, как его и звали.

Лет ему было около пятидесяти или больше, но его кипучей энергии могли позавидовать и молодые.

— Ястреб, а птичка тебе весточку принесла, — Киоре подошла к хозяину, нагло стащила трубку и сделала несколько затяжек: у него водился отменный табак.

— Ну, удиви меня! — рассмеялся он, вышел из-за стойки и, приобняв гостью за талию, кликнул сменщика — огромного рыжего детину.

Их ждала тесная каморка за кухней, куда едва вместились стол и два стула. Ястреб зажег свечу и, сняв кожаный жилет, сел, дернув ворот рубашки:

— Фух, что-то я сегодня с дровами переборщил…

— Подожди, к полуночи тебя за это благодарить будут, когда Тоноль отсыреет, — Киоре присела на стул и скинула капюшон.

Ястреб одобрительно фыркнул, подкрутив ус.

— Если моего племянника поймают за печать твоих бумажек, я тебя в тюрьме сгною.