Гостья лесного князя. Падение с небес. Том 1

Хотя если ему не нужна мать собственного дитя в достойной оправе, то к чему само дитя, про которое вдруг кто- то (я подумала про старшего из Гринвичей, явно повлиявшего на мнение Даниэля) решит, что оно мешает их планам?

Не дам Гринвичам такой возможности, как и повода поливать нас грязью из-за незаконнорожденности малыша, так и из-за своей слабости, в тот момент, когда я уступила на уговоры Даниэля. Мужчины часто так делают, и их никто не обвиняет, тогда, как на женщину обрушивается злоба, издёвки и насмешки кумушек, считающих себя во главе добродетели.

И самые гадкие слова раздаются, как правило, от тех сплетниц, чьё тело в молодые годы познало далеко не одного любовника, а в преклонном возрасте к их сожалению и досаде, потеряло спрос.

Мне казалось, что я размякну и упаду, подогнутся ноги, не сделав от Даниэля даже шаг. Но ничего не случилось, вот только из гостиной выйти не получилось.

– А ну повтори! – Дан быстро догнал меня, схватил за талию, резко повернув к себе лицом. – Повтори, что сейчас сказала!

– Я не буду приживалкой у тебя, что бы ни послужило тому поводом.

И поверь, повод действительно есть.

Ох, и зачем это сказала ему! Ох, зачем!

Не нежность, а злость появилась в его глазах, губы изогнулись в кривую линию.

– Наверное, ты думаешь, что после этих слов я всё-таки женюсь на тебе?

– Что? – не поняла я, а может мне послышалось, – ты о чём? Мне казалось, мы всё выяснили.

Я не сразу поняла, что он всё-таки обратил внимание на мой вопрос о возможной беременности.

– Поиграть решила, да? Мы с тобой были всего пару раз…

– Жалеешь? – съязвила я, чувствуя, что в сердце прокрадывается горечь. Или это желчь, что требует немедленного выхода в виде обидных слов для Даниэля, моего… бывшего жениха.

– Ни разу, Ярослава, клянусь. Но на твои уловки я тоже не попадусь. И если ты не в курсе, что такой прерванный половой акт, то….

Он не договорил.

Пощёчина – это самое малое, чем я могла ответить в настоящее время. Ладонь саднило, но мы, кажется, не договорили.

Мужчина дёрнулся, но по- прежнему не отпускал меня. Его дыхание обжигало, а злость была просто осязаемой.

– Не в курсе, – соврала я, чувствуя, что Даниэль говорит о том, о чем неделю назад щебетали молодая горничная и служанка. И тут же покраснела, как могла. И пусть перед этим злилась, то тут вдруг стало стыдно….

– В момент нашего наслаждения, – Дан смотрел на меня как- то странно, как никогда еще не смотрел.