Желание

Да неужели он не в состоянии понять простую вещь? Если бы ей нужен был кто-то другой, если бы кто-то другой мог полюбить ее такой, какая она есть, то такой человек давно уже нашелся бы. Сильвия поджимает губы и с трудом сдерживает наворачивающиеся на глаза слезы, сглатывает вставший поперек горла ком. Все мужчины одинаковые, так ведь? Только на этого она может как следует надавить.

Мертаэль никуда не денется, пока не исполнит ее желание, иначе не видать ему никакой души. Разве это того стоит, Сильвия? Ты добьешься любви, о какой так отчаянно мечтаешь, и мне придется прикончить тебя.

Как тебе такой расклад? У меня не будет выбора. Такая в твоем представлении любовь? Мимолетная, созданная лишь ради того, чтобы причинить боль? Да ты ничем не лучше демонов, знаешь?

— Хватит! — восклицает она, прикрывает лицо руками. — Хватит юлить, хватит давить на меня! Неужели тебе так сложно? Ты только что не смог меня прикончить, думаешь, потом что-то изменится? Или у демонов кишка тонка признаться, что где-то там, глубоко внутри, у них тоже есть сердце? У тебя есть сердце, Мертаэль! Вот почему ты даже смотреть на меня не можешь.

Думаешь, я слепая, и не вижу, как изменился твой взгляд? Несколько недель назад, черт побери! Несколько недель!

Но Мертаэль не меняется в лице: хмурится, скалит острые зубы и напрягается всем телом. Сильвия больше не собирается отступать, пусть хоть на нее вместо стены замахивается — плевать. Она уверена в своей правоте.

— Ты думаешь, будто знаешь обо всем лучше всех, правда, Сильвия? — Он наклоняется к ней поближе, оскал превращается в кривую, невеселую ухмылку.

И под взглядом Мертаэля хочется сжаться в комок, стать маленькой, а то и вовсе исчезнуть. — Представляешь себе, будто все поняла и достаточно просто надавить на своего ручного демона как следует? Мало того, что ты не могла загадать нормальное желание, теперь ты пытаешься победить меня в моей же игре? Я демон, Сильвия, не какой-нибудь парень из «Хейлис». Демоны не созданы для любви, понимаешь? Меня сделали живым воплощением похоти, чтобы в моей голове и мысли о любви никогда больше не возникло.

— Тогда ты не особо-то хороший демон, — фыркает Сильвия тихо. Ежится под его взглядом, но все-таки поднимает глаза, гордо вздернув подбородок. — Потому что мысли у тебя возникли.

Наверняка сейчас он ее ударит. Вспылит, и все ее представления о любви, о запрятанном где-то глубоко сердце пойдут прахом.