Ловец душ и навья невеста

Карна выглянула из кухни, Рихард их познакомил, и она радушно пригласила Уго присоединиться к ужину, заверив, что все будет готово с минуты на минуту. Рихарду достался ледяной взгляд и кивок. А теперь из-за закрытой кухонной двери доносилась какая-то возня, шум и звон посуды.

— Она не экономка, Харди, — продолжил наседать Уго, придвинувшись так близко, что теперь они сидели на диване, прижавшись друг к другу, как влюбленные голубки.

— Сам знаю, — сказал Рихард, отодвинувшись от него. — Но разве тебе не любопытно?

— Она — дама из высшего общества, я могу точно сказать это по одному ее мизинчику.

Ты видел, какие блестящие и розовые у нее ногти? И вот она готовит обед для ловцов, пусть даже самых лучших?

— Вообще-то ты не ловец, — напомнил Рихард, — а оборотень-кабан. Кто бы мог подумать, что ты будешь вкушать обед, приготовленный руками такой дамы, а?

— Она нас отравит, — нахмурился Уго, повернувшись к кухне. Его мясистый нос зашевелился на лице, словно зажив своей отдельной жизнью.

— Зуб даю — отравит. А потом скажет, что так и было. А я еще молод, Харди, к тому же у меня сегодня свидание.

— С той рыженькой, что приходила вчера на собеседование? — понял Рихард. — Ее я не возьму, и не проси. Она смогла написать лишь свое имя, и то с ошибкой. А мне нужен кто-то, кто бы составлял отчеты для гильдии. Я терпеть не могу всю эту бумажную возню. К тому же она не согласилась смотреть мне в глаза.

— Зато если бы накинул сверху десятку, то не отказалась бы делить с тобой постель, — сердито засопел Уго.

— Ты ведь знаешь, последнюю проверку я запорол, — нахмурился Рихард. — А Карна просто великолепна. Чистая душа. Она поможет мне не шагнуть за грань. Я сегодня спал как младенец.

— Что тебе снилось?

— Не помню, — соврал Рихард. Признаваться в том, что Карна проникла не только в его дом, но и в сны, не хотелось.

Уго нахмурился, так что его короткие косматые брови сдвинулись к переносице, и снова засопел.

— Она согласилась на совместное проживание?

— Согласилась.

— И вот эта цыпочка станет жить в комнате с окнами на Крыжовенный переулок и будет мыться в твоей ванне?

Рихард моргнул, прогоняя из воображения картину с нежным телом в клубах пара.

— В гостевой теперь сплю я, — признался он. — Там было не убрано и вообще…

— А она — в твоей спальне? — Уго ухмыльнулся и многозначительно пошевелил бровями.

— Думаю, она тут ненадолго, — честно признался Рихард.