Не признанная Фениксом

― Тебя хотели убить? ― не сразу поверила в услышанное: слишком невероятно это звучало. Всё–таки мы находились на территории дворца, да ещё к тому же почти в покоях самого принца. Это что же получается: здесь вообще нет безопасных мест? И зачем кому-то избавляться от Рона?

― Да нет, милая, убить хотели тебя, просто не ожидали, что спать ты здесь не захочешь, ― совершенно спокойным тоном исправил мои мысли наставник, повергая меня в ещё больший шок.

Значит, кто–то знает, кем я являюсь, и пытается убить меня? Я раскрыта, но как? Неприятный холодок пробежался по всему телу, поднимая каждый волосок.

Что делать теперь, я совершенно не знала: прятаться от мужа — это одно, скрываться от всего мира ― совсем другое.

Сделала осторожный шаг назад, в мыслях же уже неслась в неизвестном направлении. Но тут же была остановлена, опустившимися на мои плечи мужскими ладонями. Медленно подняла голову и упёрлась в пылающие рубиновым пламенем глаза. Казалось, что ещё чуть-чуть, и этот огонь вырвется, сжигая всё на своём пути.

Феникс злился. Причина лежала на полу, но почему так явно? Ответ на этот вопрос пришёл сам собой: тот, кто подослал девушку сюда, думал, что здесь будет Кэролайн. Значит, покушались не на меня, а на невесту мирэ. Отсюда и этот пылающий взгляд, и ходящие ходуном желваки на скулы. Вот только легче от этого не стало. Останься я здесь, меня ждала бы печальная участь.

― Кто она? ― замораживающим тоном обратился Орм к мужчинам, не отрывая взгляда от меня.

― Сурия, ― отчитался Крон. Боковым зрением увидела, как он подошёл к свёртку и откинул один из углов.

Мужские руки чуть сжали мои плечи: похоже, девушка была хорошо знакома мирэ. Разорвав наш зрительный контакт, несмело повернула голову и посмотрела на эту самую Сурию.

Узнала я её сразу: эта девица приносила нам обед и видела меня без смены личины, но совсем мельком. Я почти всё время, что она накрывала на стол, простояла лицом к окну и делала вид, что любуюсь садом.

Глядя на это бледное, хорошенькое личико, ни в жизни не подумала бы, что она способна на убийство.

Теперь я отчётливо ощущала, что ей нужна помощь. Нити дара целителя обвили тело девушки и пытались впитаться в него, избавить от боли, исцелить.

― В чём дело, почему я не могу помочь ей? ― мой дар впервые не помогал. Пытался, но у него ничего не получалось, а девушке становилось всё хуже. Жизненные силы утекали из неё тонким ручейком, игнорируя мою помощь.

― На ней печать феникса: все, кто служит во дворце, добровольно принимают её.