Не признанная Фениксом

Если тот, кто носит эту печать, пойдёт против нашей семьи или гостя, находящегося под защитой феникса ― умрёт, ― процедил зло Светлейший приговор.

― Что значит, умрёт? ― Нет, я, конечно, понимаю, что наказание должно быть, всё-таки покушение: это вам не чай пролить, но смерть… ― Ей нельзя умирать, нужно узнать, кто её послал, ― живо нашла причину помилования. ― Снимите печать.

― Нет, она сама выбрала для себя такую судьбу, ― резко отказал мне этот толстокожий птиц.

На моих глазах умирал человек, и всё моё нутро целителя бунтовало.

Да будь я и не целителем вовсе, все равно, в жизни бы не позволила происходить такому! У меня особые отношения с Костлявой. Её желание прибить меня своей косой давнее, но благо пока неосуществимое. Хотя, глядя на всё вот это, не такое уж и нереальное, и всё же, пока я здесь и дышу самостоятельно, могу постоять за себя и за любое живое существо.

― Сними печать, ― зло прорычала, сбрасывая его руки со своих плеч, и подошла к девушке. Села на колени и начала искать в бесконечном переплёте складок ткани её руку.

Найдя, сжала в своей, вливая больше силы. В глазах на мгновение потемнело, а затем я увидела золотистое свечение рядом с телом Сурии.

― Помоги, ― простонало, совсем близко, ― я не хочу умирать, я не виновата. Он заставил меня, я, как могла, сопротивлялась…

― Кто он? ― обратилась к голосу, глядя на чуть поддёргивающийся рябью свет. Он становился всё бледнее, таял на глазах, а я ничем не могла помочь. ― Кто тебя заставил? ― Слёзы сами собой хлынули из глаз, давно я не ощущала себя такой беспомощной, ненужной.

Теперь я не только чувствовала, но и видела, как уходит жизнь, и это было ужасно. Ужасно настолько, что хотелось самой умереть.

― Сними эту проклятую печать, птица ты бесчувственная! Она не виновата, её заставили! ― что есть мочи, заорала я, пытаясь ухватиться рукой за жизненный поток Сурии, который теперь видела. На секунду мне показалось, что у меня получилось: я даже ощутила тепло, исходящее от него, а вместе с ним доброту, невинность и жизнелюбие этой девушки.

Такая точно никогда бы не убила, ни по своей воле, ни по чужой!

Внезапно всё вокруг вспыхнуло огнём, ослепляя и обжигая кожу. Кажется, я даже отлетела назад и врезалась в пылающую стену, после чего меня затянуло в темноту.

Глава 9

Похоже, я угодила в «День сурка», — это была моя первая мысль после того, как тупая боль в районе переносицы разбудила меня.

Глаза не открывала.