Не признанная Фениксом

В памяти были ещё свежи ощущения от вчерашнего утра, когда меня мучили последствия наших с Арой посиделок под бутылочку сладкой настойки. Нащупала руками одеяло и натянула его на голову, обреченно при этом простонав.

― Проснулась, ну наконец-то! ― бодрый голосок подруги совсем не обрадовал. Сильнее завернулась в одеяло, прячась от раздражающих звуков. Места для манёвра оказалось, на удивление, много. Похоже, я лежу не на своём диване, а на кровати.

― Ара, милая, а у тебя не осталось того зелья, что ты давала мне вчера утром? ― Терпеть эту головную боль совсем не хотелось, да и силёнок бы мне сейчас побольше! А то такое ощущение, что меня выжали, как половую тряпку, и бросили в угол.

― Прости, но сейчас оно тебе не поможет, ― расстроила своим ответам ведьма.

― Пойду, принесу завтрак, ― уже мужским басам заговорила подруга.

«Что за… метаморфозы?» ― удивилась услышанному.

― Ара?

― Да, ― фух… показалось, я снова слышу звонкий, девичий голосок. Скорее всего, говорил Рон, хотя его я бы узнала сразу. Значит, один из мирэ. Ледяной тембр Орма я ни с кем не перепутаю, остаётся Крон.

― Какого пепла в твоей комнате делает Крон? ― разлепила глаза и начала привыкать к, пока чуть пробивающемуся, и не такому раздражающему свету под одеялом.

― Ну, вообще-то, это не моя комната, ― ошарашила ответом ведьмочка.

― Только не говори мне, что я лежу на монстродроме.

― Нет.

― Тогда, где я?

― В комнате Светлейшего, ― улыбаясь, сообщила новость проклятийница.

― Что–о? ― позабыв о боли, сбросила с головы одеяла и вскочила, принимая сидячее положение. К сожалению, это я позабыла о боли ― боль про меня не забыла и тут же о себе напомнила, да с такой силой, что я сдавила виски, пытаясь хоть немного приглушить её. ― Какого пепла я здесь делаю? ― прошипела, стараясь не двигаться.

― Мирэ тебя сам принёс сюда после того, как оторвал от девчонки.

― Девчонки?

Точно. Сурия, служанка, что напала на Рона. Она умирала, я пыталась ей помочь. Но почему оторвал? Я сама отлетела от того яркого выброса света.

― Ара, я, кажется, вчера немного перегнула палку: обозвала Орма бесчувственной птицей, ― спрятав лицо в ладони, обречённо простонала, вспомнив последние мгновения перед отключкой ― Мне хана, как той девушке.