Огненная невеста короля. Сердце Пламени

Остальные девушки к тому моменту успели утрамбовать вещи в наплечную сумку. А из кухни прибежала посланная мной служанка с необходимыми ингредиентами. Я, как могла, измельчила их, добавила в настой и выпила полученную жижу, с трудом подавив рвотные позывы. Василька в таких количествах – жуткая гадость. Зато настой сразу начал действовать, сумка уже не казалась неподъёмно тяжёлой.

– Ты Амина, да? – обратилась я к самой молодой из девушек.

– Да, – закивала она.

– Проводишь меня, – я передала ей сумку.

Подойдя к двери, я прикрыла глаза и прижала пальцы к губам, возрождая в памяти заклинание. Воспоминание пробилось само собой и на мгновение утянуло меня в свой омут.

– Жрицы Ливы применяют контактные заклинания только для помощи раненым, – отчитывала меня Зайра, меряя шагами узкое помещение своего кабинета.

Седые волосы местами выбились из пучка. Зелёная хламида висела на тщедушном теле служительницы.

– Разве наша задача не в защите тех, кому нужна помощь? – возразила я, отведя руки за спину.

– Каким образом отвод глаз кого-то защитит?

– В жизни бывает всякое. Можно отвести взор врагу. Например, адепту Гейты, если он придёт в храм.

– Не смей произносить имя тёмной богини в обители Ливы! – вскричала она бешено, отчего затряслись морщинистые щёки на её старческом лице.

Но она тут же глубоко вздохнула, заставляя себя успокоиться.

– И не смей практиковать такие заклинания. Не учи им других. Вы, Тосни, в своём высокомерии забываете, что Лива стоит выше рода.

– Слушаюсь, старшая, – склонила я голову, до боли стиснув ладони в кулаки.

Воспоминание рассеялось. Заклинание заискрилось на кончиках пальцев и потухло в ожидании активации.

– Идём, – шепнула я Амине и вышла в коридор.

Снаружи ожидал только Люциан. Он стоял спиной ко мне, но сразу развернулся, услышав звук открываемой двери.

– Вы собрались, льира Тосни? – вежливо уточнил он.

Голубые глаза смотрели холодно и бесстрастно. Светлые волосы были отведены от лица, подчёркивая хищные черты. Наверное, в иной ситуации я бы даже отметила его импозантность, но сейчас во мне говорили только настороженность и желание выжить.

– А где Кассиан?

– Занимается лошадьми, – пояснил он. – Мы можем отправляться?

– Не совсем.