Цена колдовства

Этот зов был тихим и спокойным, но Рут все равно подумал, что кто-то заметил его, и сейчас начнется очередная порка. За спиной никого не оказалось. Только слова продолжили эхом звучать в голове. Рут сделал еще несколько шагов и остановился, осознавая. «Позови, я услышу...» Вот оно...оно посмотрел на цепи, замотанные в старое тряпье для незаметности. «Я приду...» Это не угроза. Обещание, надежда. Как меняется смысл, если говорить с добротой, а не страхом. Рут представил, как вместо ритуала, он взывает в молитве к Царю Аарона, и тот приходит на зов, и.

..что? Судит? Помогает? Хорошо бы. Но ненадежно. Сейчас не время полагаться на домыслы. Рут помотал головой, почему он вообще об этом думает? Потому что ищет легкий путь, чтобы кто-то решил все вместо него, но никто не придет, не услышит, а Мелиссу спасти нужно. Рут продолжил путь к келье.

Солнце село. Книжники покинули учебные кабинеты. Только Рут сидел в своей келье перед ровным кругом из крупной соли. По внешнему краю стояли свечи. Возможно масляные чаши тоже бы сгодились, но Рут не был уверен, что дело в огне, а не воске, поэтому решил не рисковать.

Над кругом во всех направлениях протянулись цепи и веревки. Рут прибил последнее железное кольцо к полу и распахнул окно. Вздохнул. Все было готово.

Книжник еще раз оглядел келью и опустил руки в ведро с живой водой. Больше ничего по-настоящему волшебного в обители не нашлось. Рут встал перед кругом, с мокрых ладоней падали мерцающие синеватые капли.

— Останови меня, — прошептал Рут, оглядываясь на брошенные на станок свитки.

— Если ты действительно властвуешь над всем, помоги мне? — Ему показалось, что кто-то смотрит на него, строго и выжидающе. Смотрит, но молчит. Послушав тишину несколько долгих мгновений, он вздохнул, — Я в отчаянье...но испытываю стыд перед небом и жду прихода выдуманного царя...видимо не долго мне ходить в книжниках...

Он вскинул правую руку в сторону окна и не отрывая взгляда от черного неба произнес:

— Услышь призыв, ответь на зов, ко встрече я с тобой готов.

Он сжал вытянутую руку в кулак и резко рванул на себя, словно ухватив невидимую цель. Нужно было сосредоточится на Мелиссе. Поздно боятся и отступать. Пусть она вернется. В лесу она в опасности. Она не ведьма. Рут из-за всех сил представлял жену, но никак не мог отделаться от страха, что увидит ее заколдованной. Перед его глазами все еще стоял страшный образ Сирина. Рут отмахнулся от ведения.

— Ты власть отдашь на эту ночь и мой приказ исполнишь в точь.