Цена колдовства

— Из-за этих идиотов погиб мой муж! Погиб, потому что пытался защитить местное дурачье в парчовых одеждах! Если бы не Стомиланд Адавар по сей день служили бы у Эриданского трона!

— Вас предал Эридан, а вы за это разорили мой дом!?

— Эридан тоже хлебнет горя в этой войне, будьте уверены.

— Вы меня обманули! Использовали! Вы соврали о своих намереньях!

— Расскажи я вам все честно, чтобы я получила?

— Ничего! Вы не получили бы от меня ничего!

— Вот именно...А теперь у меня есть все, и я приехала к вам только из чувства долга и жалости.

Я даю вам шанс спастись, прежде чем на вас объявят охоту. Мне ведь не нужно объяснять, кого винят в смерти Розы и с кого потребуют золото. Зря вы вылезли из своих башен, — усмехнулась герцогиня.

— Я верну свое, не сомневайся! — Вспыхнул гневом алхимик и бросился к карете, — Змея! Карга старая!

Он рывком распахнул богато украшенную дверь, надеясь увидеть внутри сундуки, набитые золотом, но, заглянув внутрь, отскочил к стене бледный как смерть.

— Ведьма!

Герцогиня с презрительной усмешкой подала знак и из кареты вышла девушка.

Самая прекрасная девушка на земле.

— Роза! Как это возможно!? — Взмолился Джеромо, — Ты жива! Значит мы можем все исправить! Роза, скажи что-нибудь милая.

Но роза молчала. Она стояла прямо, сложив руки на платье, и, как не живая, безразлично глядела на алхимика.

— Ты же не думал, что я действительно позволю им ее сжечь? — Герцогиня нежно повела рукой по волосам девушки, — слишком дорогая игрушка, чтобы так с ней обращаться.

— Ее же обязательно узнают! За первым же поворотом узнают!

Герцогиня покачала головой и что-то прошептала на ухо Розе. Голова девушки медленно повернулась к Агате миновала ее лицо и продолжила поворачиваться дальше. Когда перед вжавшимся в стену алхимиком оказался светловолосый затылок девушки, несчастный сполз по стене от ужаса. Ведьма! Герцогиня засмеялась.

— Что она такое? — Промямлил Джеромо. — Магия?

— Механизм, — сказала Агата, откидывая светлые волосы розы. Под светлыми прядями оказалось незнакомое алхимику лицо, не самое красивое, но выглядящее правильно на изящной шее.

Девушка вдруг перестала быть Розой...она и не была Розой...

Джеромо схватился за голову и заплакал. Он не понимал. Он решительно ничего не понимал. Это не может быть наука, такие механизмы сделать невозможно. Это магия. Настоящая магия! Сильная, обрушить бы ее на Агату.

Самое худшее, что может случится с ученым...он сошел с ума, он поверил в магию...он пожелал волшебства.