Цена колдовства

Чему верить? Как принимать себя? Рут сжал пальцами одеяло, заставляя себя отвернутся от собственного прошлого и сосредоточится на другом вопросе. Будь имя герцогини единственной проблемой в его жизни, Рут позволил бы себе пострадать несколько недель. В чем же он провинился, что на него упало все одновременно.

Рут вспомнил лицо волшебника, совсем не такое ухоженное и спокойное, каким его привыкли видеть, вспомнил сжигающею его жажду мести и ужаснулся. Отличный помощник желтоглазому зверю. Нужно вытащить Мелиссу и поскорее.

Вздохнув, книжник открыл глаза.

Маленькая каморка была погружена в полумрак, в ней не предусматривались большие окна. Рядом с лавкой стояла табуретка, а у противоположной стены небольшой сундук для хранения вещей. Кто-то пошарился в его вещах и даже не потрудился закрыть крышку. Рут не торопился вставать. Как только он выйдет из кельи на него рухнет поток вопросов и обвинений. Он пригляделся к маленькому окошку, прикидывая сможет ли пролезть в него.

Шум и переполох за дверью прервали его размышления.

План побега провалился не начавшись. Рут приготовился встретится с разъяренным роем Совета. Дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену. Рут схватился за голову. Когда он снова сфокусировал взгляд перед ним стояли Старшие в полном составе. Впереди, конечно, Родрик. Его козлиная бородка дрожала от возмущения, но почему-то он не спешил кидаться на ученика.

Наконец, в келью вошел Настоятель.

— Рут, как ты себя чувствуешь? — Спросил он.

Рут кивнул и сел. Он чувствовал себя хорошо, и не встал приветствовать гостей исключительно из приличия.

Из одежды на нем была только рубаха.

— Нам бы хотелось, чтобы ты объяснился, Рут. — Продолжил настоятель. — Тебя нашли ночью в саду, оборванного и промокшего. С пятнами крови на рубахе.

Рут обратил внимание, что в данный момент рубаха на нем чистая. А табурет рядом с лавкой пуст.

— А где мои вещи?

— Сожгли. — Отозвался Родрик.

— А?

— Все сожгли! А твоя келья, это возмутительно! И это после того, как я запретил тебе заниматься, и велел идти к Барбу.

— Что!?

До Рута дошел смысл сказанного.

— Что вы сожгли?!

— Все! Все твои магические штуки, и все твои крамольные свитки! Как можно...

Родрик задыхался от возмущения, а Рут забыв о приличиях соскочил с кровати и бросился к сундуку.

Он не хранил в обители много вещей. У него их и не было особо. Сундук в отведенной ему келье заполняли записи, исправления и иллюстрации к книгам, которые Рут сделал за последние пять лет. И их не было на месте.