Хрупкий цветок

Три крепостные стены, которые достаточно сложно пересечь той, кто заперта в крошечной келье.

И насильственный постриг. Не имеющий силы, если разобраться. Обетов она не произносила. Ей, вообще, рот заткнули. А остриженные косы… это лишь остриженные косы. Но сказать об этом некому. Все сестры дают обет молчания по отношению к мирянам. Ранее ни у кого не возникало даже мысли вынудить монашку такой обет нарушить. Надеяться, что в ее случае все обернется по-другому, конечно, хотелось. Но ждать спасения, было некогда.

Месяц-другой и ее деликатное положение перестанет быть секретом. И тогда в руках церкви окажется не просто жена герцога Тагрэ, а наследник всего его состояния. В том, что это будет мальчик Лили уже не сомневалась. А если воспитать ребенка в «правильном» ключе, это самое состояние мгновенно отойдет церкви сразу после смерти Риана.

Паутина церкви по захвату богатств и земель магических родов раскинута была не вчера.

Похищенная около двух лет назад Клара Тирэн родила в монастыре сына, которого ей разрешают навещать раз в неделю по полчаса при условии ее абсолютного послушания.

Ей это рассказала Энн Корн. Она ребенка потеряла, наказаний не боялась. Да и что ей могли тут сделать? Морить голодом? Бить розгами? Заставить в сотый раз перечитать священное писание? Неприятно, конечно. Но не более. Умереть ей не позволят. Ведь это мгновенно сделает лорда Корна вдовцом, и он сможет жениться повторно. А потому леди имела некоторую свободу внутри этих проклятых стен. По крайней мере, говорить с Лили сквозь решётку на ее двери не боялась.

Как и не боялась приносить ей хлеб из трапезной. А какими словами она обложила настоятельницу, глядя ей в лицо… Лили половину не поняла, но смелостью новой подруги искренне восхитилась.

А вот сама Энн восторгов по этому поводу совершенно не разделяла:

– Я проявила трусость и малодушие в тот самый момент, когда должна была… Ольер ведь добился встречи со мной. Следовало броситься к решетке, разделяющей нас. Кричать о том, что меня заставили.

Требовать вернуть мужу. А я думала о том, как уродлива с обрезанными волосами. Что он без жалости и отвращения на меня все равно смотреть не сможет. Особенно после того, как я потеряла нашего ребенка. И смолчала, когда настоятельница врала о принесенных мной обетах.

– Нас спасут. Если мне удастся увидеть Риана, я молчать не стану. Расскажу о тебе и Кларе.

– Обо мне. Эти святоши, скорее убьют меня, чем позволят вернуться к мужу. Но мне все равно.