Пара для альфы медведей

Феликс даже притормозил, вгляделся в мое лицо и уточнил:

– Я произвожу настолько пугающее впечатление?

– Да нет, просто… ну я ж узнала вашу тайну. После такого либо стирают память – это в плохих американских фильмах. Либо убивают… Это тоже в плохих. Но для аудитории 18+.

Феликс оскалился, но тут же натянул на лицо улыбку. Выглядело как-то неестественно. Вербер немного помолчал и ответил:

– Тебе точно не стоит ничего такого бояться.

– Именно мне? – уточнила я, ощущая, что нащупала еще какую-то тайну.

– Да!

– И подписку о неразглашении тайны с меня не возьмешь?

– Нет.

– Поверишь просто так?

– Да!

– Ответственно… – усмехнулась я.

– Но есть одно «но», – добавил Феликс, не сводя с меня сверкающего взгляда.

– Так и знала!

– Ты будешь встречаться со мной… по-дружески…

– Эм… зачем?

Феликс замолчал, и чуть прибавил шагу.

Я не стала его догонять – шагал вербер, соответственно росту и комплекции. А бегать за мужчинами – явно не моя роль. Никогда этого не делала, ни в прямом, ни в переносном смысле слова.

Я отстала. Феликс заметил это лишь спустя некоторое время, когда оторвался от меня метров на десять. Остановился и решительно двинулся навстречу.

– Извини, Алена. Твой вопрос переваривал, – признался вдруг вербер. – Искал что бы ответить…

Я замерла, глядя в его глаза. Феликс поравнялся со мной и остановился почти вплотную. Огромный, горячий, взволнованный. Грудь ходит мехами, глаза сверкают, словно в горячке. Несколько раз он порывался что-то сказать, но замолкал и вдруг выдал:

– Хочу с тобой подружиться.

Я аж подняла брови от неожиданности.

– Со мной? Зачем?

Феликс опять замолчал. Просто сверлил меня взглядом и поджимал губы. И я вдруг обратила внимание на то, какие же они чувственные. Пухлые, пожалуй, даже слишком пухлые для мужчины.

Вербер молчал, не двигался и стоял прямо передо мной, преградив дорогу своей мощной фигурой. Я тоже не знала, что делать. Ответа на вопрос я не получила. Повторять ли его, не понимала.

А еще… что-то такое между нами происходило… Необычное… но настолько естественное, что я не хотела, чтобы оно прекращалось… Будто именно это мне и требовалось… Сейчас, а может всегда?

Мне даже стало немного теплее. Казалось, жар тела вербера проникал под кожу, все глубже и глубже. Как и его синий взгляд.

У меня прямо мурашки по коже пробегали.