Невеста поневоле, или Обрученная проклятием

Если я правильно поняла, не все здесь знают о том, что я иномирянка.

– Язык в норме.

Лекарь грубыми пальцами приподнял мне веко и заглянул, будто пытался что-то увидеть сквозь глаз в мозгу. Потом заглянул в ухо. Приложил большие пальцы к моим вискам и начал что-то отсчитывать. Досчитал до десяти и улыбнулся:

– И здесь нормально. Помутнение у девушки временное. – Руками хлопнул себя по коленке. – Вот и замечательно. Сейчас вас Маргарет накормит, и снова станете как огурчик. Только осторожнее с головой. Если и дальше будете набивать такие шишки, и правда разум помутится.

Маргарет послушно кивнула: – Так и сделаю, доктор Эрл. – Она поправила мне одеяло. – Полежите еще, милая. Король никуда от вас не денется.

Я, собственно, и не сомневалась, просто решила в лишние разговоры не вступать. Когда Маргарет и лекарь удалились, я скинула одеяло, снова встала и подошла к окну.

Свет в башне уже не горел.

Глава 4

Ее величество королева Анитта Келл мегерой ворвалась в кабинет и яростно уставилась на короля. Она тяжело дышала, и от этого казалось, что легкая ткань платья, которой была прикрыта бурно вздымающаяся грудь, вот-вот лопнет.

Сир отложил бумаги в сторону и, откинувшись в кресле, строго посмотрел на мать. Глаза той сверкали огнем.

– Изволь объясниться, Дейр. Что делает в нашем замке дочь этой… Этой…

– Поосторожнее в высказываниях, – грозно предупредил король.

Женщина с усилием удержалась от оскорбительных слов.

– Эта девочка. Откуда она взялась? Мы же уничтожили всех… всех… – Она все же не дала вырваться колкой фразе. Закатила глаза. Молитвенно сложила руки. – Дейр! Я не переживу ее в нашем доме. Скажи, что это недоразумение, и сегодня же девчонку казнят.

– Казнят? – Король встал и грозным изваянием навис над столом и замершей королевой. – За что, объясните мне, ваше величество, девушку должны казнить?

Женщина испуганно хлопнула ресницами.

– Но… Она же… Дочь… В ней гнилая кровь…

– Дети не отвечают за грехи родителей. – Удар кулака о стол был столь мощным, что королева пораженно отступила, и глаза ее широко распахнулись. Таким она Дейра еще не видела. Он всегда был спокойный, если не сказать равнодушный, а сейчас взирал на нее с необъяснимой яростью.

– Миа даже не знает свою мать! Так за что она должна расплачиваться? Хватит того, что на ней лежит печать моего отца.