Плоцкие буренки (Черновик)

Так Мири освоилась в седле.

Она все еще скучала по маме и старой жизни. Да что там, ей просто хотелось посидеть в интернете, поговорить с кем-нибудь, новости почитать. Эмир, конечно, оказался интересным человеком, или, вернее сказать, тео, как изгоняющие обращались к своим мужчинам, но порой его общество утомляло. Он слишком другой. Реально иномирный уроженец.

Мири поражалась тому, что нашлось нечто общее у этого тео и матери. Нормальная женщина держалась бы от бестактного громилы подальше. Нет, его нельзя было назвать озабоченным, скорее излишне прагматичным.

Например, он упрекал дочь в том, что она ни с кем не переспала, мол, она до сих пор остается лакомым куском для эволюционирующих демонов. Просил не тянуть с этим, когда они доберутся до Академии. Рассказывал, как лучше выбрать партнера. Расписывал матриархальный строй их общества и место Мири в этой иерархии. В общем, разговоры с папашей были чем-то за гранью человеческого воспитания.

Но ее мать оказалась не из робкого десятка: Мири нашла в доме общие фотографии Эмира и Алишы.

Родители хорошо проводили время вместе, выглядели счастливыми.

То ли пытаясь наверстать упущенное, то ли из прагматизма, отец начал заставлять брать в руки меч. Он ограничивался простыми упражнениями, объясняя тем, что к тяжести меча стоит привыкнуть, ведь клинок станет главным инструментом для Мири уже совсем скоро. Ей пока в это слабо верилось, как и в то, что ей доступна некая магия.

Ранним морозным утром Мири выбралась из постели, накинула куртку и вышла во двор, подышать воздухом и принести для печки дров.

За домом находилась просторная левада, а на земле, нанизанные на деревянный каркас, стояли набитые соломой мешки, помеченные как цели.

Такуш, жеребец отца, резво носился между ними, а всадник отстреливал мишени из арбалета.

Он держал оружие в левой руке, поэтому мог стрелять только когда двигался прямо на мишень или мчал против часовой стрелки.

Когда конь оббегал мишень правым боком, отец заставлял его делать петлю и разворачивал, чтобы совершить выстрел из более удачного положения.

Все это он делал, управляя конем одними ногами – уздечки на жеребце не было.

Любопытная тренировка. У этих двоих получалось работать слаженно, конь и всадник хорошо понимали друг друга.

Заметив дочь, Эмир приветливо помахал и подъехал к ней. Такуш потянулся к Мири мордой, в надежде на угощение, но она поспешно отпрянула от него.

Пугал, бес.

– Уже не спишь? – повел рассеченной бровью отец.