Плоцкие буренки (Черновик)

– Мне нужно подумать, дашь немного времени?

Румар вздохнул:

– Если бы оно у нас было. Но кто я такой, чтобы торопить, да? Думай, сколько считаешь нужным. Только я буду смотреть на тебя так, – Тоомаш приподнял бровь и немного наклонил голову. Мири смутилась и отвернулась. В голове перемешались наставления матери, предостережения Тиура о том, что Тоомаш захочет присвоить Мири себе. Слова официанта показались тогда нелепыми, а тем не менее, складывалось все так, как Тиур и говорил.

– Это непросто. Я прежде ни с кем не.

.. того. А ты вон... ох...

Слова как-то не подбирались, а дышать стало тяжело. Но Румара это развеселило.

– Все не так страшно. Но мне это даст повод интересоваться твоей жизнью. И не получать в ответ «а хто ты мне такой, чтобы в мои дела лезть?». Я буду этим кем-то, понимаешь, да?

– Хитрый какой! Ладно, я подумаю.

В ответ получила тот самый выжидающий, вопросительный взгляд.

– Не подвергай себя риску пока что, хорошо?

– Учитывая, что весь риск от тебя в основном – это будет нетрудно.

Румар рассмеялся, но как-то нервно. Они посидели еще немного, а затем Тоомаш показал Мири комнату младшей сестренки. Тут прибирались, вытирали пыль, но в остальном все оставалось на своих местах с тех пор, как она пропала.

На ватмане, висящем на стене – множество цветных отпечатков детских ручек с шестью пальцами, а рядом с ними пятерни побольше.

И акулы. Одна, плюшевая, на кровати, несколько фигурок на полке, двое зубастых рыбин в стеклянном шарике. Неоконченные раскраски с разбросанными фломастерами вокруг.

Очень специфичные раскраски: там белая акула нападала на аквалангиста. Кровище, потроха – и это рисунок для милой девочки? А, ну да, она же сестра Румара. Это многое объясняет.

Мячик с акулами, фосфорные рыбки под потолком – в общем, суть Мири поняла. Детская фанатичность – страшная вещь.

Румар смотрел на это все с обожанием и тоской одновременно. Опустил взгляд к не докрашенному рисунку.

– Данна обязательно закончит этот рисунок, – проследив за взглядом друга прокомментировала Мири.

– А вдруг ей больше не интересны акулы, а скажем...

– Бычки?

– Ну, не-е-е, это как-то слишком для нее. Она маленькая, очаровательная и хищная. Парнокопытные в ее фаворитах отпадают.

– Тебе виднее, – пожала плечами Мири.

Румар отвел ее в свободную комнату и, посидев с ней немного, ушел спать. К этому времени Мири уже давно сопела в подушку.

Зачарованная лютня (Глава 15)

– Почему? Почему теперь – нет? Что-то не так? – недоумевал Тиур.