Кровь ведьмы

Говорили, что от ведьмы то неурожай, то неприятности случаются, – с горечью бросила Власа, с обидой взглянув на Мирона. – Сплетни про меня в деревне такие сказывали, что волосы дыбом встанут.

Мирон опустил глаза.

– Ну, виноват я перед тобой, что поделать? Понимаю теперь, что глупости всё это, – вздохнул, по-прежнему не поднимая взгляда. Видно и правда стыдно было. – Просто ты на отшибе жила со знахаркой, никто ж не знал что там и как. От того все домыслы и пошли.

– А никто не запрещал пойти, посмотреть, да правду узнать.

Только не ходят просто так. Все с бедой идут, чтобы снадобья дали, полечили, помогли, – раздражённо упрекнула Власа. – Потом забудут и снова коситься начнут, будто и не лечил их никто.

– Вы же не просто так лечили, а за плату, – осторожно возразил Мирон.

– Плату? Отблагодарит тот, кто богат, а остальные крынку молока, да кусок сыра – вот и вся плата за то, что двое суток малыша выхаживали. А бывает, и за так лечили, – опустила голову Власа, вспоминая.

– Мы людей не делили, есть деньги или нет. Одному дедусе мазь ходила натирать в спину от болей. А у него и нет ничего. В благодарность краюху хлеба предлагал, да не взяла. Негоже последнее у старика брать, хотя самим порой едва хватало. Вот кто ещё в деревне задаром деду помог бы? Назови хоть одного!

Мирон не ответил, только палкой поворошил костёр, чтобы тот горел лучше.

– Отец говорил, что вы помогаете за право жить рядом с деревней.

– За право жить? – нервно рассмеялась Власа.

– А за право дышать ещё платить не нужно?

– Это его слова. Я считаю, что каждый имеет право жить, где хочет, – Мирон поднял на Власу виноватый взгляд, – не знал я, что всё так... думал, вы только за монеты лечите. Да и в целебные травы ваши не верил особо. А на деле вот оно как.

– Ну, лучше поздно узнать, чем никогда, – не удержавшись, съязвила Власа.

Говорить больше не хотелось, но и молчать было тяжко. Уж больно гнетуще действовала близость болота с его жителями, что издавали зловещие звуки во тьме.

– Может тогда я спою? – неожиданно предложил Мирон. – Знаю одну праздничную колядку…

– А давай, – оживилась Власа и приготовилась слушать.

Мирон поднялся, встал у костра и запел весёлым, залихватским голосом:

Мы пришли колядовать,

Тебе счастье пожелать,

Угости нас пирогом,

И вареньем, и медком!

А не то козу возьмём

За рога и уведём!

Выходи с нами гулять,

Костры будем разжигать.