Выжья Сечь II. Месть ведьмы.

- Будя тебе, паскудник! Ну, кому говорят!

      Теперь глаз Казимира видно не было - он зарыл лицо в ее мокрые волосы. Вином от него разило с такой силой, что Кале казалось - сейчас ее вывернет наизнанку. Страшнее всего было то, что она ничего не могла поделать - крепкие мужские руки, привыкшие к оружию и кулачному бою, безжалостно сдавливали ее тело, точно тисками.

      - Т-ты эт-того хотела? - Невнятно бормотал комес, дыша перегаром. - Эт-того, к...урва? Н-ну т-так п-п-получай!

      По-прежнему удерживая руки, он рванул рубашку на ее груди.

Сколопендра изогнулась, хватая казимирово ухо, но ее зубы нашли только пустоту. В тот же миг тело шляхтича перестало давить на нее. Перевернувшись в воде, девушка, отталкиваясь ногами, отползла к стенке. Казимир, шатаясь, стоял на коленях в нескольких шагах от нее, и в налитых глазах его был ужас.

      - Боги, д-девка, - что было сил потирая лицо руками, проговорил он. - З-зачем т-ты пришла? Я м-мог т-тебя убить! Я чт-то г-говоррррил не ходить ко мне без причины!

      Пошатываясь, он кое-как поднялся на ноги и, оскальзываясь, выбрался из купели.

Подобрав валявшуюся у края простыню, Казимир завернулся в нее и поднял трясущуюся руку, указывая, как ему казалось, на дверь.

      - Вон отсюда, - проговорил он куда тверезее, чем раньше. - И держи яз-зык за з-зубами о том, что т-тут было. П-получишь н-на две кроны б-больше к ж-жалованью. В-все, проваливай.

      Едва договорив, комес вновь упал на колени, попав рукой в бутылочный осколок. Бессвязно ругаясь, он добрался до стены, по которой стекала вода, и, тронув один камень, из-за чего поток усилился, сунул под него лохматую голову. Судя по гусиной коже, укрывшей его в мгновения ока, вода была холодной.

      Оскальзываясь на мокрых плитках, Сколопендра выбралась из купели, зажимая на груди разорванную рубаху. Бросила затравленный взгляд на широкую Казимирову спину, и подойдя к двери, пинком распахнула её настежь.

      - Эй! Люди!

      Раскатистое эхо прокатилось по замку, затихая в дальних покоях. Каля передернула плечами; сквознячок, гуляющий между распахнутой купелью и пустыми залами, холодил кожу, заставляя Сколопендру стучать зубами.

      - Челядинцы!

      Ледяная тишина развернулась тесемкой осторожных, крадущихся шагов.