Нью-Мексико, год 1887

Костер горит, скоро будет готова еда – раз речь зашла о помощи друг другу, то не стоит отказывать и в угощении!

– Говоришь разумные вещи, – кивнул Дэф и обернулся к товарищам: – Парни, слезайте уже, нас пока что не гонят обратно!

Артур и Джойс спешились – лейтенант беспомощно посмотрел вслед коню, которого увел какой-то точно из-под земли выросший мальчишка, но двух других коней увели точно так же, и никто из спутников не проявил никакого волнения. Что же, делать все равно было нечего, и Артур скромно присел на предложенное место.

Он, как и Джойс, предпочитал помалкивать – уж пусть говорит тот, кто знает, как тут все устроено.

Какое-то время гости и хозяева сидели чинным полукругом, обменивались малозначащими новостями – говорили о погоде, о грядущем урожае, о коровах и лошадях. Казалось, не было этого напряженного вступления – нам нужна помощь, вам нужна помощь… Ни о пропажах людей, ни о странных тварях в кустах вдоль дороги не упоминали. До поры, разумеется.

Джойс мало общался с индейцами – но прекрасно знал эту их манеру долго и обстоятельно раздумывать, с какой стороны зайти к неприятной всем теме… с их скверным нравом, наверное, иначе было сложно вообще вести какие-либо переговоры.

Начали говорить о деле, тем не менее, даже не притронувшись к еде – утомившись от словесного хождения по кругу, Джойс прямо спросил про Ника Хьюстона.

Ему рассказали без особых обиняков – да, приходил. Да, хотел мыть золото, попался, повинился… обещал кое-в чем помочь разобраться – и сгинул.

Нет, сами дене – так навахо называли себя – не выясняли, почему. Да, им очень жаль – Рыжая Сова отнесся к нахальному белому парню с симпатией: он напомнил мне повадки моего приемного сына, Тони Два Пера, сказал вождь.

«Тони? Тот, которого я ранчо видел?» – Джойс вопросительно взглянул на О’Нила, тот кивнул, и Джойс сделал заметку себе на будущее. Потом продолжил расспросы:

– Так в чем он вызвался вам помогать?

– Разузнать, как поживает лекарь, мы зовем его просто Знающим.

Он стар для более воинственного имени, но, когда был моложе, носил имя Рогатая Змея.

– А что с лекарем?

– Он стар. Он давно не показывается на собраниях – хотя мы не ссорились. Живет на отшибе. У него есть ученики, они говорят, что Знающий неплохо себя чувствует, но сейчас погружен в какие-то свои бдения, даже отослал большую часть обратно, оставил лишь двоих при себе.