Меж молотом и наковальней

Я села на стул, не в силах оторваться от зеркала. Двигаясь резко, властно, он сорвал с ее губ протяжный стон, чуть прикусил ее мочку уха, скользнул поцелуями ниже, к тонкой шее...

– Вот только эротики мне и не хватало, – выдавила я, горя желанием придушить Гремлина. А Пу казалась такой невинной...

Зеркало, будто издеваясь, показало лицо горе-любовника крупным планом. Я опешила...

Как же я сразу не догадалась? То, что он роковой блондин а-ля Лестат из «Интервью с вампиром», еще ничего, бывает.

– Бог мой...

«Лестат» облизнул тонкие губы, соблазнительно улыбнувшись. Темные, кажется, синие, глаза его чуть засветились ровным красноватым сиянием.

– Это же...

И как та, на кровати не видит... ну да, понятно, почему не видит. Странное притяжение, огонь по жилам и томительная слабость. Если даже я это чувствовала, то та девушка...

– ... вампир.

Да... такому очарованию трудно не поддаться.

Моргнув, я попыталась прийти в себя. Тщетно. Я дико завидовала той рыжей дамочке на кровати. Я будто чувствовала, как его клыки касаются моей кожи, сначала примеряясь, потом... подонок, он же ее убьет!

Зеркало пошло волнами, изображение исчезло. Я выдохнула, чувствуя, как медленно отпускает напряжение и ужас.

– Интересные у тебя картинки, – отрезвил меня холодный, насмешливый голос. – Забавные.

– Призрак.

– Не могу, – сыронизировал бестелесный. – Нечем, знаешь ли. Да и если не стучаться, то можно застать тебя за всяческими глупостями...

– Лучше бы за Пу посмотрел – это ее.

– Не сваливай на бедного ребенка.

Я резко обернулась, чтобы высказать Призраку все, что думаю о «бедном ребенке», который тащит по ночам мое зеркало неведомо куда, рискуя разбить, и заставляет его показывать подобные пошлости, как, посмотрев в чуть поблескивающие синим глаза друга, поняла.

– Опять насмехаешься?

– Нет, просто не нравится твое настроение.

Меня пробила дрожь. Не нравится ему… там убили человека, а ему не нравится? Интересно, а жертве нравится?

– В замке так скучно, – протянул Призрак.

– А в деревне? – ухватилась я за возможность сменить тему. О том, что я видела в зеркале, разговаривать не хотелось.

– А в деревне меня даже дети не боятся, – пожаловался Призрак. – Привыкли, страх потеряли.