Меж молотом и наковальней

Вон же оно, вернее, его изображение, стоит на столе за спиной Алиции, отражает вазу с огромным букетом белоснежных роз. Я тоже любила белоснежные розы, их дарил мне отец на каждый день рождения. Огромный, сладко пахнущий букет… дарил. Давно уже, казалось, в другой жизни.

Рука с бархатной тряпицей машинально водила по зеркалу, стирая пыль и грязь. Стало вдруг дико интересно: что так усиленно рассматривала в магической вещице Пу в ночь моего прилета? Хитрый Гремлин воображает, что легко отделался – мол, никогда не узнаю я ее маленькой тайны – только и у меня в запасе имеется пара простеньких штучек.

.. секрет коих пушистой лучше не раскрывать, во избежание.

Формула заклинания на миг вспыхнула в полумраке и погасла, яблоко двинулось по краю зеркала, сначала медленно, лениво, потом все быстрее, пока движения его не размылись в сплошную красную линию вокруг стремительно темнеющей, уже не похожей на зеркальную, поверхности.

Я смотрела и глазам своим не верила. Маленькая комната, скорее всего спальня, освещенная тусклым светом ночника.

А на кровати, на смятых простынях...

Не, ну что может быть ночью на простынях?

Она сидела на нем верхом и двигалась мягко, осторожно, будто завороженно. Расплескались волосы огненным потоком по белоснежной спине, пробежала по тонкой шее капля пота, скользнули к осиной талии мужские ладони, помогая, направляя. И внезапно он усмехнулся едва заметно, обнял ее плечи, прижал к себе и стал двигаться сам. Уверенно, сильно. Вплел пальцы в ее волосы, потянул мягко, заставляя выгнуться в своих объятиях, поцеловал страстно, поймал второй ладонью тяжелую, налитую грудь.

Девушка застонала едва слышно, раскрыла губы, отвечая на властный поцелуй, и слегка засмеялась, когда он, не выпуская из своих объятий, перекатил ее на спину, провел ладонью по ее стройному бедру, по тонкой талии, вновь начиная двигаться. Я смотрела как завороженная. На его плавные, уверенные движения, на гибкую спину, на перекат волн мускулов, на матовый перелив света на его коже.

И не верила своим глазам.

.. себе не верила. Как хотелось оказаться под ним на месте той девушки... стонать в такт его толчкам, смешивать свое дыхание с его, разбирать по прядям его потемневшие от влаги, пшеничные волосы, скользить пальцами по его спине, чувствуя выпуклости мускулов. Мне казалось, что я все это знала... и вкус его пота. И властность его губ, и тяжесть его тела, и сладостный омут его взгляда, и ласку уверенных рук... знала. На самом деле знала! И не могла знать...