Меж молотом и наковальней

Ведь на кладбище нет места волнениям и страху. Здесь думаешь о вечном, а вечно бояться невозможно. Потом я очистила памятник от грязи и мха, положила цветы на колени статуи и зажгла у ее ног и на надгробии свечи.

Тор все это время простоял в двух шагах от могилы. Не помогал, но и не мешал. Просто наблюдал... А я стояла рядом с могилой и, опустив голову, молчала, вспоминая глуповатого одноклассника, попавшего под машину, улыбающегося соседа, которого скосил вдруг сердечный приступ, семью по соседству, что попала в аварию.

.. И, конечно, родителей.

При воспоминании о родителях в горле вдруг запершило, по щеке скатилась предательская слеза. Я отвернулась от Тора в надежде, что он не заметил, как вдруг почувствовала, как его ладонь сжала мою, крепко так, уверенно.

— Что? — непонимающе спросила я.

— Просто хочу показать твоим близким, что они могут быть за тебя спокойны. Мы тебя защитим...

— Знать бы от кого...

— Ото всех, — отрезал Тор.

Я промолчала. В этот момент мне не хотелось говорить, да и думать не хотелось.

В голове было пусто, на душе — спокойно, и по груди разлилась тихая грусть. Я перекрестилась в последний раз и молча развернулась, собираясь выходить с кладбища.

Тор, ничего не спрашивая, пошел со мной.

Солнце уже коснулось краешком верхушек тополей, и свет его слегка пожелтел, предвещая скорый вечер. Мы добрались до автомобиля. Тор вновь плюхнулся на переднее сидение рядом с водителем. Сесть за руль он не просился, и я даже не знала, умел ли он водить.

А спрашивать не хотела. Вообще сейчас ничего не хотела.

Я бросила в бардачок коробку спичек и замерла... на песчаной площадке, шагах в десяти от капота машины сидел огромный, с теленка, тощий пес. Шерсть его, наверное, когда-то черная и длинная, слиплась от грязи и впившихся в нее колючек, глаза блестели лихорадочным блеском, с пожелтевших клыков капала на песок слюна, подозрительно похожая на пену.

— Ну и зверюга, — просвистел Тор.

Я нервно сглотнула поблагодарив Бога, что сейчас нахожусь в машине.

Оказаться вне металлической защиты перед подобной тварью не хотелось. Тем более, что пес не спускал с меня внимательного сумасшедшего взгляда.

Я нажала на клаксон, пытаясь спугнуть животное, но зверь проигнорировал гудок, медленно поднялся с песка и направился прямо к машине. И меня парализовал его взгляд, оскаленные клыки, прижатые к черепу длинные уши... где-то я уже это видела... где?

— Жми на газ! — закричал Тор.

— Я его раздавлю...