Огненный Зверь

Ты ведь только посмотри на него, думаешь, мало девушек, готовы были ради него на все?

— Но он никого к себе не подпускает, — прошептала я.

— У эмпатов никогда не бывает семьи, эмпат всегда один.

Не то чтобы я услышала это в первый раз, Зверь и раньше меня предупреждал, но впервые правда звучала так реально и так жестоко.

Сжала под столом руки в кулаки и ждала, что же она скажет дальше.

— Кирилл всегда знал, что будет один, знал с детства, а потому дистанцию с женщинами держал всегда.

Кому нравился, всегда мягко отвергал, сам же… Даже не знаю, мне кажется, он изначально поставил себе в голове установку, запрет на любые чувства, потому что из этого все равно ничего не получится. — Она сделала паузу, подняла глаза и уставилась на меня в упор. — А потом появилась ты.

Я растерялась в очередной раз за сегодня, сжатые кулаки разжались.

— При чем тут я? — это все, что я смогла сказать.

— Я впервые за пятнадцать лет видела, как он не пытается блокировать чужие чувства, чтобы они не надоедали, а, наоборот, слушает их.

Он твердил мне, что ты особенная с первого дня, как ты появилась. — Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. — Ты первая, в кого он влюбился с тех пор, как я с ним знакома.

— Влюбился? — Я выпила оставшийся кофе залпом, в горле пересохло. — В меня?

Илона виновато склонила голову.

— Я знаю, что это он должен признаваться, а не я за него. Но я вижу, как он пытается задушить в себе чувства к тебе, как всячески пытается от тебя отдалиться.

— Мне он говорил, что это из-за Зверя, — пробормотала я.

Она кивнула.

— И это тоже.

— Тогда я вообще ничего не понимаю! — Нервы наконец сдали. — Тогда чего он хочет? Проверяет, искренна ли я? Не стану ли я еще хуже, когда возьму Зверя под полный контроль?!

— Тише. — Илона мягко коснулась моей руки. — Не хватало еще, чтобы нас услышали.

Я опасливо обернулась. Вроде бы нет, никто даже не посмотрел в нашу сторону.

— Погоди, — пообещала Илоне, — дай пару секунд, я успокоюсь.

Она кивнула и терпеливо ждала, пока я возьму себя в руки. Это заняло три минуты. Заговорила только тогда, когда убедилась, что я способна ее слушать.

— Он не проверяет, достойна ли ты для него. Он ждет, когда ты сама будешь уверена в своих чувствах. Кирилл просто беспокоится о тебе.

— У-ух… — Вот теперь я впала в полнейший ступор, посидела минут пять, молча, благо Илона меня не торопила.