Академия "Белое пламя"

Выглядел ректор где-то лет на пятьдесят – коротко остриженные волосы соль с перцем, бородка клином, лихо завитые усы по моде южных провинций и красивая мантия, расшитая серебряными звёздами.

Два стула пустовали: один преподавательский и один рядом с архимагистром.

– Кто-то из преподавателей ещё не приехал? – Этайн склонилась к Дахут, которая как раз рассматривала профессорский стол.

– Надо спросить у старших. – Эльфийка пожала плечами.

Но здесь было как-то не принято расхаживать между столами за трапезой, так что Лисс решила отложить этот вопрос на потом.

И вовремя. Створчатые двери распахнулись, и вошёл главный гость этого вечера. Загремели отодвигающиеся стулья, студенты все как один встали, приветствуя главу «Мортетортюр», она же Разведка внешняя и внутренняя, она же длань императоров карающая, – Кетцера.

Это был, пожалуй, единственный человек во всей империи, который мог позволить себе забыть о фамилии, настоящем имени и называться прозвищем, при этом занимая такую важную должность.

Во-первых, Кетцер был родным племянником императоров. Что было видно – высокий рост, могучие плечи, волосы цвета сухой пшеницы и светлые-светлые глаза. Пожалуй, вопрос с близнецами и их происхождением отпадал. По сравнению с Кетцером они выглядели как ощипанные цыплята-подростки рядом с ястребом.

Во-вторых, глава разведки был магом абсолютной силы. Такие уникумы рождаются лишь раз в тысячи лет, под определённой звездой. Даже архимагистр, стоявший на Первой, самой высокой ступени силы, не мог потягаться с великим магом.

В-третьих, вокруг фигуры главы разведки ходили такие же одиозные слухи, как и вокруг заведения, которое он возглавлял. Начиная с того, что Кетцер, чтобы поддерживать свою уникальную силу, на завтрак кушал младенцев, заканчивая всевозможными любовными похождениями императорского племянника.

Понятно, что студенты смотрели на своего будущего шефа во все глаза, пытаясь понять, каков этот человек на самом деле, вне его статуса, регалий и родства.

Кетцер прошёл к преподавательскому столу и, прежде чем занять своё место, поздоровался с каждым из преподавателей. Лишь после повернулся к студентам. Только сейчас Этайн заметила, что левая сторона лица разведчика была изуродована шрамом от ожога. Он растекался, словно чернильное пятно, от виска вниз к подбородку. Сам рубец не вызывал отторжения. Как маг огня, Лисс повидала подобного – не перечесть.