Назвался эльфом - женись!

– Видимо, ты настолько глупа, что не понимаешь с первого раза, – зло улыбнулся Ифрель, – придется объяснять во второй.

Пальцы рыжего вновь окутал красный туман, Арина съежилась на стуле, ожидая боли, но Ифреля вдруг снесло в сторону, неслабо приложив о стену. Девушка даже не поняла, что в комнату кто-то вошел, и сейчас с изумлением глядела на закрывающую её мужскую спину. От рокочущего голоса незнакомца по позвоночнику пробежали мурашки. С ума сойти! Кто решил за неё заступиться? Судя по заостренным ушам, торчащим из копны светлых волос, это какой-то эльф.

Так, стоп! Кажется, она где-то видела эти уши.

Силуэт незнакомца поплыл, и Арина с удивлением увидела распахнутые, полупрозрачные крылья за спиной её защитника. Они были похожи на крылья летучих мышей, только не черные, а почему-то зеленые. А еще хвост большого ящера, который нервно бил по полу, как у недовольной кошки. Девушка моргнула, и видение исчезло. Перед глазами вновь была широкая спина незнакомца.

Советник явно занервничал и сказал что-то успокаивающее её защитнику.

Плечи мужчины чуть расслабились, он махнул руками, и комнату пересек полупрозрачный радужный барьер, отделив от них Ифреля и Эндиона. Эльф повернулся к ней лицом, и Арина снова сжалась, глядя на белую дымку на пальцах. Это получилось как-то непроизвольно.

И только когда он обратился по-русски, она узнала его. Мэл! Несуразный пьяный эльф, который делал ей комплименты, а как проснулся, сразу сбежал. Возможно, потому что рассмотрел «красавицу, грациозную, словно королевская лань».

Только сейчас он выглядел иначе: губы потемнели, скулы заострились, а зрачок стал вертикальным. Голос тоже оказался незнакомым, разве что прежние интонации угадывались.

Заклинание Мэла сняло всю остаточную боль после пыток рыжего мерзавца, тело расслабилось. Как же хорошо, когда ничего не болит!

– Спасибо, – одними губами прошептала Арина. Мэл улыбнулся, так солнечно и открыто, что сердце забилось чаще, а потом нежно погладил её пальцы.

Почему-то это вселило в неё уверенность в том, что все будет хорошо.

Девушка доверилась своему спасителю, пусть и помнила его совсем в другом виде. Когда Мэл потащил её из комнаты, когда рычал на Ифреля, когда привел её в кабинет к советнику, у Арины даже не возникло мысли о том, чтобы вмешаться и потребовать объяснений. Она чувствовала, что Мэл пытается сделать все, чтобы вытащить её из этого негостеприимного места.

Хотя Арина не знала эльфийской речи, язык тела и жестов давал не меньше информации.