Связанные берегом

— Скучно будет тому, кто хочет веселья вместо того, чтоб просто смотреть на небо, — ответила садясь рядом с Савой, прямо на палубу. Прислонилась спиной к ящику и посмотрела на звезды, которых стало еще больше.Мы молчали. Что-то в этом молчание было такое, чего не хватало. Долгое время не хватало, но я это не понимала. — Я как-то слышала, что волхи с ума сходят по свободе, лесу и луне. Они видят в этом какой-то дикий смысл жизни. Бывший муж пытался это объяснить, но я его не понимала. Для меня было как-то странным бродить в глуши по лесу, когда есть хороший дом, удобная одежда и все удобства под рукой.

Когда тебя ждут в гости, когда есть обязанности, то нельзя все бросить и убежать в леса. А сейчас я сижу на палубе корабля, смотрю на звезды и понимаю, что мне ничего не нужно.— Это пока тебе все в новинку. Потом надоест.— Откуда такая уверенность? — Не ты первая не ты последняя это говоришь, — ответил Сава.— А что случается с женщинами, которые перестают быть якорями? — Кто-то работает в поселке, кто-то уезжает. После плаванья неплохие откупные платят.— И связь не поддерживают. — Зачем? — Но ведь за плаванье становишься довольно близким человеком. Мы же друг друга чувствуем.— От этого и бегут. Ладно, мне пора на боковую. Еще в собачью вахту выходить. Надо перед этим поспать. Пойдем, составишь мне компанию.— Ты про вахту? — Про сон, — усмехнулся он.Я шла за ним следом ступая босыми ногами по палубе. И я ощущало тепло нагретых солнцем за день досок. А потом мы спустились по железной лестнице внутрь корабля. Прошли по узкому коридору, чтоб спуститься по следующей лестнице еще ниже. Тут было жарко и душно. Пахло горелым. Сава открыл дверь. Она вела на железный мостик, перекинутый под потолком высокой комнаты, в которой стояло десяток печей. Рядом с ними были горы угля. От этих печей шел сильный жар. Мы прошли по мостику, перешли в еще один коридор. Сава с кем-то поздоровался. А потом вошел в небольшую комнату, заставленными трехъярусными кроватями. Он забрался на второй ярус. Я же оглядывалась по сторонам. Кровати, кровати, в углу стол, за которым во что-то играл десяток мужчин. Все зеленые. Разных возрастов. Разного телосложения. — Так и будешь на всех пялиться? — буркнул Сава. — Так ты сам меня сюда пригласил, — ответила я, забираясь на кровать. Места тут было немного. Пришлось лечь боком. Сава еще поднял железную боковину, явно предназначенную удержать от падения. — Я вроде как дух, так почему мне тут тесно?— Тут мало места, — ответил Сава.