Связанные берегом

Силы постепенно возвращались. Хотелось жить. Действовать. Мне это нравилось. — Лешка, как бы ты себя не считал и что бы про тебя не говорили, но ты хороший парень. Пусть и оступился, — сказала я. — Да ничего такого я не сделал.— А мне кажется, что ты спас жизнь.— Сегодня сама спустишься вниз? Вечером пройдемся по злосчастным заведениям нашего поселка? — Подумаю, — сказала я. Рассмеялась. — Если Сава меня не вызовет, то пойдем.Утром я зашла в кабак, где позавтракала. Потом спустилась к порту, где подошел какой-то корабль.

Его уже начали разгружать. Матросов встречали женщины. Редко какие из них кидались на шею мужчине. В основном встреча происходила сухой, сдержанной. Мужчины отпускали пошлые шутки, а женщины лишь кривились и подставляли щеку для поцелуя. Я заметила Алису. Она стояла в стороне с заплаканными глазами. Люди смотрели на нее и тут же отводили глаза, старательно делая вид, что не замечают. Я подошла к ней. — Что случилось? — Я больше не могу. Не хочу все это видеть, — сказала она. — Я не хочу видеть, как ему плохо. — А ты думала, что брак — это лишь первый месяц совместной жизни? — спросила я.— Нет. Но...— Если ты хотела бы жить красивой жизнью, то нужно было выходить за волха. Вот там жизнь, как на картинке. У тебя есть дом, детишки. Муж. Только этот муж относиться к тебе, как к мебели. Ты не знаешь его мыслей, не знаешь его планов. Он порой забывает тебя ставить в известность о том, что уедет в командировку. А здесь ты находишься рядом с любимым человеком. Ты живешь вместе с ним. Знаешь, чем он дышит. И ты считаешь, что это плохо? Плохо, что можешь спасти его? Я тебя не понимаю.— Это тяжело.— А им не тяжело? — спросила я. — Вот им всем, кто борется с волнами, самими собой, чтоб заработать денег и соединить берега? Конечно, проще себя жалеть, чем просто выполнить работу, которая заключается лишь в том, что нужно ждать.Алиса меня разозлила. И я этого не скрывала. Поэтому и разговаривала резко. Вернувшись к общежитию, я села на лавочку и глубоко выдохнула. Слезы. Сопли. Дурость. Они ведь действительно не понимали своего счастья. Сколько раз я думала, где Матвей находился? О чем думал? А теперь я была с Савой и понимала, чего была лишена. Голова привычно закружилась. Реальность начала растворяться. Значит, это Сава. Он живой. Все хорошо. Я это просто чувствовала. Сава сидел на палубе и жевал хлеб, закусывая их фруктами. Выглядел он неважно. В волосах прибавилось сухих ветвей. Из-за них волосы походили на сухие кусты. Я подошла к нему.