Ошибка переводчицы

К концу путешествия мой рюкзак похудел лишь слегка, самой тяжелой и дорогой в нем по-прежнему была книга, консерв не осталось вовсе, зато одежды на смену прибавилось. Из бокового кармана призывно выглядывал билет на паром.

Чему быть, того не миновать. Солнце почти село. Вот-вот прозвучит гудок.

Накинув рюкзак, я позвала щенка и направилась к берегу. Странно, он не откликнулся. Увлеченно копошился под скамейкой, то вздрагивал, то отпрыгивал, то вновь залазил по самые уши.

– Клевер, пошли! – поторопила я, но щенок даже не дернулся.

Вид грязного белого хвоста напомнил о морсе из белой земляники. Вкусно, наверное! В моих краях этой ягоды не водилось. Она вообще растет только там где очень жарко и очень влажно, а таких условий в империи не сыскать. Интересно, откуда у бедного мальчика морс из белой земляники?

Белый сок и черные семечки.

Кажется, я уже пробовала что-то подобное в детстве. В попытках вспомнить, мозг выдал картинку отцовской лаборатории.

Маленькая Элиза охраняет папин рабочий стол, он всю ночь трудился над чем-то вкусно пахнущим. Подчинившись головокружительному запаху, маленькая Элиза не выдерживает и заглядывает туда, куда папа просил не смотреть и не трогать. Морсик! Беленький! С семечками! Маленькая Элиза завороженно хватает бутылку и детским пальчиком откупоривает ее. Один глоточек! Папа не заметит!

Большие резиновые руки резко хватают детский рот и оттаскивают маленькую Элизу подальше. Это папа, как же он напугал! Его губы дрожат, потом начинают бурно шевелиться, голос переходит в крик.

– Никогда! Больше никогда! Запомни, Элиза! Никогда не пей это! Белый сок и черные семечки – это дикий морозник. Его ягоды сладко пахнут, но это яд!

Запомни, Элиза… Это яд…

Запомни? Мне тогда было не больше пяти!

Лицо окатило ледяной водой. Схватила щенка за шиворот и рывком вытащила из-под лавки. Ядовитый уж, с которым он играл, открыл пасть и приготовился делать выпад.

– Прочь! – я топнула ногой. Еще и еще, пока трясущийся от гнева уж не юркнул в кусты.

Из кустов раздалось шипение, щенок залаял, намереваясь драться. А я уже мысленно была не здесь. Схватила рюкзак, покрепче прижала щенка и помчалась с причала. Отцовский голос в голове барабаном отбивал: "Это яд! Элиза, это яд!"

Билет на паром вылетел из кармана. Подхваченный ветром, мятый листок понесся к посадочному трапу.

Глава 8. Яд

Сметая дорожную пыль, я устремилась к торговым рядам с единственным вопросом.