Магистр и странница

Ну кто бы сомневался, — усмехнулся магистр и постучал в дверь.

– Войдите, – ответила Хельвиг.

Она сидела на подушке на подоконнике, потеснив Хаша, в коротенькой кофточке и шароварах. На фоне закатного неба видно было только силуэт, и он не мог разобрать выражения лица.

– Здравствуйте, магистр.

– Здравствуй, Хельвиг, у тебя тут очень красиво, – он прошёл к окну и уселся прямо на пол, прислонившись спиной к простенку между окнами.

– Благодарю за Башню, магистр, тут как будто кусочек другого мира.

Хельвиг замолчала.

– Хельвиг, – осторожно начал магистр, – ты хотела узнать про леди Элайю...

– Магистр, вы не обязаны мне ничего объяснять, – прервала она его. – Я понимаю, как это тяжело, когда нет возможности выбора.

Хельвиг усмехнулась, и магистру стало неловко: он вспомнил замок Шелл. Должен ли он был оправдаться и объяснить, что леди Aс’Шелл, когда он брал с неё клятву, заверила его в том, что Хельвиг очень хочет учиться в Т’Хаш-Садживане и согласится присоединиться к Ордену? Почему-то он не хотел ей это рассказывать.

Что бы это изменило, если бы леди не солгала? Можно подумать, мнение тех детей, которых передавали Ордену, кого-то интересовало.

– Но что-то ты хотела о ней спросить?

– Да. Вы знаете, почему её имя оказалось на Стене теней?

– Это потому что я плохой магистр, – невесело усмехнулся Амер Хант.

– Будь это так, на стену поместили бы ваше имя. – Хельвиг внимательно изучала лицо магистра. Она ожидала увидеть взгляд Тени. Но либо глаза магистра были слишком чёрными, либо взгляд обычным.

Она ничего такого не замечала.

– Понимаешь, Хельвиг, – вздохнул магистр, – душа вечна и может воплотиться бесчисленное число раз. Или, достигнув просветления, может быть избавлена от испытаний милостью богов. Но есть ещё третий вариант. Есть такие души, от которых очень многое зависит в Хаддегарде. Они благословлены долгим сроком жизни, судьба хранит их, им всё сходит с рук. Иногда, уверовав в собственную исключительность и безнаказанность, они становятся угрозой балансу.

Таких избранных тени призывают на суд, чтобы решить, не лучше ли погасить их душу. Мы проводники, те, кто доставляет избранных на суд к теням. Мы беспристрастны.

Магистр помолчал и продолжил: – Наверное, глядя на некоторые вещи, невозможно оставаться беспристрастным. Элайя осудила, пытала и казнила избранного. Она не собиралась этого делать, но она украла суд богов, освободив его душу от бремени и отправив на перерождение.