Боже мой, я влюбился!

Тем не менее ее рука продолжала лежать на моей.

— А я Вас и не держу. Идите на свою работу.

Она хмыкнула и ушла.

Я закрыл глаза и, вдруг, ощутил на руке каплю. Лизнул — солёная... И тут я увидел её заплаканное личико. Это был уже не ангел, скорее ребёнок, у которого отняли любимую игрушку.

— Не плачь, малышка, куда я от тебя денусь? Ты же всегда со мной.

— К сожалению. Я бы ушла, если бы могла....

— А что ты предлагаешь?

— Откажись от неё!

— Не могу. Я её люблю.

— А меня?

— Но ведь ты — это она, а она — это ты.

— Мне лучше знать, кто есть кто. И кто — я, а кто — она. Я всегда была и останусь собой!

— Ладно. Договорились. Ты — другая. Тогда посмотрим с другой стороны. Ты ведь во мне?

— Так.

— Значит, ты внутри меня. Ты — часть меня. Так?

— Так. Но всё равно: я — это я.

— Ладно. Но не могу же я быть таким эгоистом и любить себя... то есть тебя в себе до такой степени, чтобы отречься от всего остального.

— Значит так? Это не честно! Я даже не могу обвинить тебя в двоежёнстве!

— А я вообще холост.

— Хорошо. Ты меня ещё узнаешь! Она задрала свой очаровательный носик и гордо удалилась.

— Извините, Вам плохо? — послышалось извне.

Я открыл глаза и увидел милую старушенцию, заглядывающую мне в лицо.

— Ничего. Спасибо. Я молился.

— Извините, что я Вам помешала.

— Ничего, ничего. Мне не трудно продолжить.

Сердобольная старушка ушла... Я, продолжая стоять на коленях, снова углубился в себя.

Мимо проходили люди. Кто-то охал, глядя на меня; кто-то тяжело вздыхал. А кто-то причитал: «Вот до чего пьянство доводит!»

Похоже, я даже заснул. Потому что проснулся лёжа... на том же самом месте. Поднялся, отряхнулся, прошёлся взад-вперёд для разминки и вернулся на исходную.

Но вот улица снова засияла! Она подошла ко мне, взяла за руку и сказала: «Идёмте же!». И я пошёл за ней.

Квартира её оказалась очень уютной, в отличие от моих хором. Я с удовольствием растянулся в предоставленном мне кресле.

Потом она принесла кофе, мы расслабились и долго болтали о всякой ерунде.

Я рассказал ей про ангела. Правда, соврал, что она мне приснилась — но это не столь важно. В общем, часам к девяти меня снова потянуло в сон, и хозяйка пошла на кухню заварить ещё кофе.

И вот тогда я снова закрыл глаза.

Она ехидно ухмылялась. К её руке прилип какой-то замызганный мужичонка.