Роман в пустоши

— Нодья, с тобой всё в порядке?

Нет-нет, нельзя такое спрашивать! Какой порядок?!

Я помотала головой.

Интересно, а далеко лететь? Сделав аккуратный шажок к обрыву, взглянула вниз. Глубина притягивала, манила. Вот бы раскинуть руки...

Меня отдёрнули от края. Наваждение прошло.

— Сдурела?!

— Я... Просто... Все эти люди, — я показала рукой вниз. — Они погибли из-за меня!

— Нет.

— Да, Ла, да! Это был мой маршрут, мой план идти здесь!

Лицо Лаурсса ожесточилось, вкрадчивая улыбка сменилась кошмарным оскалом.

— Из-за тебя, значит, я терплю неудачу за неудачей? Из-за тебя в рядах моей Своры нашлись предатели? Из-за тебя обрушился камнепад? Засада — тоже по твоей вине, да? И землетрясение ты устроила?!

Я не знала, что отвечать. Тут либо я совсем с ума сошла, либо он. Хотя — кого я обманываю — все мы тут немного не в себе. А Лаурсс нависал надо мной всё ближе и ближе — сейчас загрызёт. Я сделала испуганный шажок назад, подальше от него, поближе к обрыву.

Он схватил меня в охапку и оттащил от края:

— Всё, хватит дурить. Твоей вины в этом землетрясении не больше моей или той же Шайлен. Стоять тут всё равно без толку: поток может иссякнуть, лишь когда вытечет вся вода из озера. Пути назад искать не станем — мы идём дальше.

И мы последовали сумасшедшему плану Лаурсса. Хотя в нашем положении любой выход казался безумием. Путь назад отрезан искорёженным ландшафтом. Впереди — неизвестность.

Гора, с той стороны озера казавшаяся размытым силуэтом, как будто внезапно выросла и встала перед нами, указывая в равнодушные небеса каменными перстами: большими, малыми, толстыми и тонкими, исчерченными волнистыми линиями многолетних дождей.

Быть может, когда-то это были статуи древних жителей Лоа-Лейттана? А может, просто камни... Сколько их упало давно и сегодня — всё свободное пространство усыпано осколками! Но ещё больше стоит и греет свои побитые временем бока, отбрасывая прохладные синеватые тени.

Солнце уже прошло большую часть своего дневного пути и заливало камни аппетитным персиковым светом.

— В конце концов лучше умереть по дороге к мечте, чем сгинуть в попытках вернуться обратно и переплыть бурный поток, — подытожила я.

— Умрёт лишь один из нас, — бесцветным голосом проговорила Шайлен.

Она шла с нами неслышно, словно тень и сейчас впервые с момента землетрясения проронила слово. Я остановилась как вкопанная.