Роман в пустоши

Вот только этих воспалённых пророчеств сейчас не хватало!

— Девочка моя, — Лаурсс приобнял Шайлен за плечо, — ты снова стала петь свои песни?

Девушка ничего не отвечала, стояла какая-то отрешённая, глядя мимо всего и всех.

— Сейчас ты видишь смерть одного из нас. Не скажешь ли, чью?

Та медленно покачала головой, не отрывая взгляда от горизонта.

— Где ты была, когда гибли мои люди?! Способная увидеть одну смерть, не увидела сотни прерванных жизней?! Хочешь, я скажу тебе, кто умрёт сейчас?! Или сама догадаешься?!

Начав говорить спокойно, Лаурсс сейчас уже кричал в красивое и такое нездешнее лицо Шайлен, тряс её за плечи, снова кричал что-то о ложных пророчествах, продажных ведьмах и том, как победить и то и то одним махом.

Дарл с Эндором насилу оттащили его от Шайлен, для верности подержали, пока тот не успокоился.

— Любовь моя, я не солгала тебе ни слова: ты благополучно доберёшься до Лоа-Лейттана, но один из нас умрёт. Но не я, Лаурсс, не я.

Нет чтоб промолчать, глупая девчонка, чесслово.

А тем временем солнце спускалось всё ниже. Надо бы уже либо двигаться дальше, либо искать место для ночлега. Но не среди грозящих упасть каменных пальцев.

Кажется, ко мне, наконец, стало возвращаться моё прежнее самообладание. Я просто молча пошла вперёд: надо в конце концов посмотреть, что там впереди, разведать тропу. Глядишь, и страсти поулягутся. Надо просто делать свою работу по мере сил. Поднявшись до середины склона, я оглянулась: Вотар почти не запыхавшись, догонял меня, за ним потихоньку поднимались Юлья и Дарл.

— Вы идёте? — крикнула я им на всякий случай.

Ла сплюнул под ноги и поскакал наверх семимильными шагами. Двое оставшихся пропустили его немного вперёд и пошли следом, причём девушка едва не висела на Эндоре.

— Нам надо остановиться на ночь!

— И поесть!

— Не на этом склоне, Дарл. Лучше быть на вершине, чем среди эти камней на случай новых толчков!

— А у меня осталось немного сушёного мяса.

— Свою флягу я наполнила прямо перед тем, как начало трясти, — похвасталась Юлья.

— Отлично! Потому что у меня из припасов только та вода, что я набрала в сапоги.

На вершине мне в лицо ударил с размаху ледяной ветер. Хотя, по сути, вершиной это не было — небольшая плоская площадка перед новым каменным нагромождением. Солнце стремительно закатывалось за острые вершины западного хребта, когда мы расположились на ночлег.