Темная грань любви

Проходя практику в лазарете, он увлекся при вправлении вывихов и рьяно хватал всех боевичек за пикантные места, ожидая, что нам будет лестно подобное внимание. Не спорю, кто-то не возражал, некоторые даже на свидание рассчитывали. В те времена, когда с Северных гор лезла всякая гадость, через год выпуск боевиков основательно редел, и многие девушки спешили жить, любить, принимать от судьбы всевозможные удовольствия. А я не выношу, когда меня трогают, и в ответ на приставания подправила нахалу физиономию. Приятное чувство.

— Не смотри на меня так. — Посерьезневший Доминик сделал шаг назад и нервно вытер ладони о полы вишневого камзола.

— Как?

— Хищно. Я к тебе прикасаться буду только по необходимости.

Кивком подтвердив, что услышала, села на кровать и насмешливо-милостиво разрешила:

— Я готова, можешь приступать.

Целитель не отреагировал на поддевку — занялся делом. Руки у него все такие же холодные, но в этот раз деликатные и осторожные.

— Я передам принцу, что ты была в шаге от гибели — убийца метил точно в сердце.

— Не преувеличивай.

— Удар хорошо поставлен, тебе повезло, что сердце не там, где у всех людей.

Эта аномалия второй раз спасает мне жизнь. Благодарить бы богов, но не могу — слишком многое они отобрали, ни одна подачка не перевеит потери.

— Спи, Ядка, ужин тебе принесут.

Доминик ушел, оставив массу вопросов. Не верю, что сломанный несколько лет назад нос отбил охоту лапать девушек. Он понимает, что сейчас я слишком дорожу репутацией, чтобы поступать импульсивно — бить целителя самого принца.

Не к добру я спасла Флориана, чую, вместо домика в столице получу проблемы…

Первая из них не замедлила явиться в мою комнату.

— Томчин! Ты чем думала, когда оставляла «осу» в переходах? — подраненным зверем взревел ворвавшийся в комнату начальник службы безопасности малого двора. Заклинанием замок сломал, силач шмырев.

Я смерила Кларка подчеркнуто спокойным взглядом.

— Головой думала. Усыпив убийцу, вывела из ловушки наследника.

— Я был занят, но ты-то могла послать за «осой» кого-то!

— Я и послала. Аннику.

— Нужно было раньше!

Мне все стало ясно. Ухмыльнувшись, спросила:

— Он сбежал? Стойкий гаденыш.

— Мне не смешно, — уже тише произнес боевик. — Ниточка оборвана.

Укутавшись в одеяло, я подошла к окну. За стеклом буйствовала весна, мелкий дождь и промозглый ветер превращали разбухшую от воды землю в настоящее болото.